Для чего-то большего нужен и на вторую руку.
— Есть вопрос! Даже два: как это всё снять и где найти второй?
— Снять легко, — ответил здоровяк. — Ещё раз активируй треугольник.
— А это только я могу? Или, например, кто-то за руку меня схватит и поколдует?
— Снять может только тот, кто надел. Он твои отпечатки пальцев запоминает в момент активации. А как снимешь, считай, обнуляется, и тогда уже, кто угодно может надеть. Носить можно в полурабочем состоянии. Просто проведи его внутренней стороной по руке, он подстроится по размеру, чтобы не сваливаться.
Но сорвать в таком положении его можно.
— Вместе с рукой?
— Нет, — усмехнулся Ульрик, — он тянется, если сильно потянуть. А на вопрос не отвечу. Не знаю. На продажу их если и выставляют, то это обычно аукцион, и цена взлетает до небес.
— Датч что-то говорил про шесть тысяч?
— У голландца хорошая память на цифры, но плохая на даты, — рассмеялся Ульрик. — Таких цен уже лет двадцать не было, да и тот случай единственный в Пограничье был.
Не понимал тогда всей ценности человек, который его нашёл.
— А где нашёл-то?
— Древние технологии там же, где и остальные Древние. Чаще в затопленных развалинах находят ближе к Рекадии, в Пограничье один раз нашли.
— Теперь два, — сказал я, передёрнув плечами от упоминания, чего-то затопленного.
Попрощался с Ульриком, попросив передать привет близнецам, а Магде ещё раз спасибо, и пошёл выбирать, что из арсенала взять с собой.
Следующая остановка Хемстед, офис UNPA и поиск коллекционера, который, я надеюсь, оживит мой биомонитор.
Глава 16
До почтового отделения я добрался только к вечеру. Точнее, к вечеру, примерно за два часа до закрытия я, наконец, остановился неподалёку и начал подробно изучать все входы, выходы, часовых, патрули и прочие детали, которые смогут сделать моё посещение безопасным. Мимо самого здания я уже курсировал с самого утра, формируя собственную карту района.
Пока курсировал, успел и по магазинам пройтись, и местную кухню попробовать. Притом что голодным не был — не стал отказываться от каши в подземке Крысоловов, пока рассказывал им, что произошло на озёрах.
Потерю двух своих соплеменников Гофер принял философски. Таков путь и все дела.
Я отдал ему записи, найденные в фургоне. Те, что посчитал бесполезными для себя. Накладные, заказы, списки доставок. Предварительно сам их посмотрел, выцепив для себя только общее представление о численности «Миротворцев» и их образе жизни на разных объектах.
