Я с опаской приблизилась к рысаку и забубнила:
– Дорогой Бруно! Понимаю, что тебе не нравятся дураки, которые пытаются сесть на тебя, руководствуясь тупым пособием, но альтернативы нет. Сделай одолжение, не дергайся. Чем быстрее Антон доберется до деревни, тем скорее он от тебя отстанет…
Бруно шумно вздохнул, потом чуть приоткрыл пасть и издал странный звук. Мне показалось, что конь хихикнул.
– Я наверху! – торжественно заявил Антон. – Как-то странно получается – головы нет, а грива постоянно болтается в воздухе.
Я посмотрела на всадника и снова засмеялась.
– Ты можешь быть серьезной? – надулся Антон. – Перестань ржать и дай брошюру. Хочу прочесть, как его включить и заставить идти вперед.
– Прости, Антоша, – простонала я, – но ты устроился лицом к хвосту.
Компьютерщик оглянулся.
– Действительно! И что теперь делать?
– Пересаживайся, – посоветовала я.
– Сейчас, – пропыхтел парень.
– Подставь-ка лестницу, секундочку… Вау!
Бруно повернул голову, глянул большим коричневым глазом на плавно съехавшего с его спины на землю Антона и заржал. Похоже, конь получал удовольствие, наблюдая за стараниями «принца».
– Нет, ну надо же быть таким дураком! – воскликнула я.
Но Антон, будто не слыша моей реплики, с кряхтением поднялся и заявил:
– Пошли в деревню.
– Пешком? – уточнила я.
– Тут меньше километра, если по шоссе.
А через поле, напрямик, совсем близко, доберемся быстро, – потер он руки. – Дом Риты последний, приметный, с синей крышей. Я сяду на Бруно около ее ворот.
– И дальше? – спросила я.
– Не понял тебя, – нахмурился Антон.
– Как ты увезешь невесту? – поинтересовалась я. – Хоть потренируйся, проскачи чуток. Давай, залезай на жеребца.
– Ставь лестницу, – приказал Тоша.
– Сам ее поднимай! – возмутилась я.
– Я не твой паж.
Он нахмурился, наклонился и горестно вздохнул:
– Она сломалась. Ступеньки отлетели. Ты ее плохо держала, поэтому она упала.
Мне стало обидно.
– Очень хорошо, когда рядом есть виноватый, иначе придется признать, что сам тупой айтишник, не способный сесть на лошадь.
– Это невероятно трудно, – пронудил Антон.
– Ерунда! – отмахнулась я.
– Сама попробуй, – надулся сынок мадам Бархатовой.
