Я ни разу не застал ее на даче растрепой, хотя приходил по-приятельски без приглашения, в любое время. Лидия Сергеевна была предельно собранна, никакого расслабления. Полагаю, она ложилась спать в туфлях на каблуках. Ну, это шутка… Я понимал, что до добра такая требовательность к себе не доведет, рано или поздно Лида сорвется. Чем сильнее закручен кран, тем мощнее будет фонтан, когда вода снесет запор. Но за все время нашей дружбы Лидочка не совершила ни единого опрометчивого шага. И, знаете, глаз у нее – рентген.
Андрей Валентинович человек увлекающийся, легко сходился с посторонними, поболтает с кем-нибудь и сразу в гости ведет. Лида всех принимала, но потом тех, кто ей не нравился, отваживала. У нее редкостное чутье на людей. Но в случае с Коровиным оно дало сбой.
– Знаю, что Николай никогда не учился в медицинском вузе, – кивнула я. – Вы рассердились на него за вранье про диплом?
Сергей Петрович побарабанил пальцами по столу:
– Я давно подозревал, что Колька лгун. Он иногда такие глупости нес, что у меня уши вяли.
Уже после скандала я навел справки и узнал: мерзавец окончил медучилище. В советские годы туда мальчиков принимали без конкурса, чтобы разбавить девочек на курсе. Затем Коровин некоторое время служил на «Скорой» медбратом, а дальше – темный лес. Как он стал гомеопатом, почему начал настойки-микстуры составлять, мне неведомо. В первый раз мы с ним сцепились на дне рождения Андрея, в августе. Бархатов выделил Коровину участок под грядки, и тот развел ведьмин огород.
А еще в лесу какие-то коренья-травки собирал, грибы, насекомых.
– Насекомых? – поморщилась я.
Сергей Петрович хлопнул ладонью по столу.
– Не знаю, где он этих рецептов начитался. Надя с придыханием рассказывала, как муж просиживает дни и ночи в библиотеках, отыскивает старинные книги и вроде там находит составы «восхитительных» снадобий. Например, по утверждению Николая, настойка из клопов якобы снимает судороги, а порошок из сушеных кузнечиков вылечивает остеохондроз. Но в особенности мне понравился сироп от артрита.
Надо взять червяков дождевых, утрамбовать в банку, пересыпать сахаром, поставить на длительный срок в темное место, а потом пить.
– Фу! – вырвалось у меня."
"– Вот вам противно, а у Коровина были пациенты, – нахмурился Сергей Петрович. – Колька постоянно твердил о своем желании бескорыстно помочь человечеству, но я знаю, что за его варево дураки выкладывали немалые средства. Ох и хитер он был! Бархатовым бесплатно пилюльки давал.
