Вернувшись в ординаторскую, Зубова я там уже не обнаружил. Соколов тоже куда-то вышел, и там была одна Тарасова.
— Чаю? — улыбнулась она.
— Чаю, — отозвался я. — Пока всё спокойно, можно и отдохнуть немного.
Но отдохнуть не получилось, потому как в ординаторской почти сразу же зазвонил стационарный телефон. Это телефон, соединяющий все отделения клиники. Очень удобно во многих случаях.
— Терапия, врач Боткин, слушаю, — взял я трубку.
— Это приёмное отделение, — отозвалась какая-то женщина. — Зубов сказал нам, что вас там сегодня трое, можно будет вызвать на помощь, если потребуется.
У нас завал, может, кто-то спустится?
— Сейчас буду, — коротко ответил я.
Я обрисовал ситуацию Тарасовой, и девушка замерла с чайником в руках.
— Ты спустишься? — взволнованно спросила она. — Я пока что не уверена… что смогу.
— Спущусь, — кивнул я. — Если что — звони. На терапии чаще всего спокойно, а с мелкими проблемами разберётесь.
Правда, придётся оставить её с Соколовым… Но Клочок присмотрит. Проходя мимо сумки, он тихонько пискнул, подтверждая мои мысли.
И я отправился в приёмное отделение.
* * *Соколов не хотел возвращаться в ординаторскую. Быть третьим лишним, когда Тарасова там вовсю подкатывает к Боткину?
Вот надо же было так ошибиться в диагнозе! Этот Зубов минут десять орал. Ничего, стоит получить место в терапии, и уж тогда-то он припомнит наставнику все эти крики. И легко его сместит.
Соколову особо никогда не нравилась медицина. Если бы не этот дурацкий лекарский аспект, с которым он родился — жизнь была бы куда лучше.
А так пришлось сначала шесть лет сидеть в академии, а теперь ещё и терпеть все эти унижения.
В академии он каждый год оказывался на грани исключения, но деньги в этом мире могут решить всё. Любую проблему можно решить двумя способами — второй подходит, если в проблеме присутствует женщина. Роман умел находить к ним подход.
Только с этой Тарасовой ничего не выходит. А было бы неплохо — бонусом к вышвыриванию всех конкурентов, и особенно Боткина — ещё и отбить его поклонницу.
Он посетил Ольгу Петровну, которая сегодня тоже дежурила, но настроение это не прибавило. Смотрит влюблёнными глазами, дура. Рано пока с ней ссориться, но так достала уже.
С такими мыслями он и вошёл в ординаторскую, где обнаружил только Тарасову.
— А Костя где? — непринуждённо поинтересовался он.
— В приёмное отделение вызвали, там помощь нужна, — скромно отозвалась она.
Вот это подарок судьбы! Давай, Боткин, задержись там на подольше.
