"
"Одиночная палата, именуемая в отделении «боксом», служила каждый раз для разных целей. Сейчас я уложил мужчину на кровать и тут же просканировал диагностическим аспектом.
Ага, подсвеченное сердце, сосуды. И сильно повышенное артериальное давление, что подсказал мой кардиологический аспект.
Гипертонический криз, как я и подумал.
Состояние, при котором артериальное давление резко повышается до критических отметок. У этого пациента — двести десять на сто двадцать.
Кошмарно высокое давление.
На его фоне и произошло помутнение сознания, вследствие чего он начал вести себя неадекватно. Такое случается, хоть и нечасто. Если бы мы вкололи ему галоперидол — давление могло подскочить ещё сильнее. Привести к инсульту, как минимум.
— Урапидил, двадцать миллиграмм, внутривенно, струйно, срочно, — скороговоркой проговорил я вбежавшей вслед за мной медсестре.
Кстати, это была не Ольга Петровна, та в палату, видимо, побоялась идти.
Молоденькая медсестра тут же кивнула и быстро умчалась за препаратом.
Спустя минуту она уже делала внутривенную инъекцию, ловко попав в вену с первого раза.
Я в это время контролировал давление кардиологическим аспектом, заодно держа в тонусе все сосуды, чтобы не было осложнений. Сил это отнимало очень много, но Урапидил — сильный препарат, а давление нам надо снижать медленно.
Резкое снижение давления чревато дополнительными проблемами, связанными с сосудистыми реакциями.
Через десять минут давление мы снизили до цифр сто девяносто на сто.
Всё ещё очень высокое, но постепенно движемся в нужную сторону.
— Что со мной было? — просипел пациент.
— Давление сильно скакнуло, — объяснил я ему. — Уже всё в порядке, вы только не вставайте.
— Я голый? — удивлённо спросил он, заглядывая под простынь.
Представляю себе его удивление. Если ему начать тут рассказывать всё, что он устроил — от волнения снова давление подскочит. Поэтому с объяснениями придётся подождать.
— Это было необходимо для лечебных манипуляций, — спокойно ответил я.
Простынкой я его прикрыть уже успел, так что такой ответ прозвучал вполне логично. Мужчина кивнул и устало прикрыл глаза. Отлично, пусть отдохнёт.
Я снова проверил ему давление и удовлетворённый вышел из бокса.
Снаружи меня ждала целая делегация. Ольга Петровна, остальные интерны, Зубов и Терентьев.
— И что вы мне тут опять устроили, мои птенцы без перьев и мозгов? — вздохнул Зубов.
