— Даже в своё отделение переводить не буду, но пока вы здесь — буду наблюдать.
Я оставил Болотова с психиатром и их пациентом и отправился на другой этаж. Очень странные дела здесь творятся, откуда в терапии сразу два психиатрических пациента?
Задумчиво я вернулся к посту и забрал готовые анализы. Пора было заняться своей историей болезни.
— Ольга Петровна, холангиография когда будет готова? — спросил я у медсестры.
— Какая ещё холангиография? — удивилась она. — Вы такого не назначали.
— Я написал направление и передал его вам через Шуклина, — ответил я.
— Он не передавал?
— Нет, — отозвалась она. — Сейчас спрошу.
Я отправился с ней в сестринскую, где Шуклин заполнял какой-то журнал.
— Паша, ты передал моё направление? — спросил я.
— Ой, запарился что-то, забыл, — извиняющимся тоном ответил он, доставая из кармана моё направление. — Ольга Петровна, вам Боткин передал."
"Запарился и забыл? Ну-ну, кажется, Шуклин тоже начал играть по грязным правилам.
— Как же забыли-то, я прямым языком спросила, ничего ли мне не передавали! — подтверждая мои догадки, всплеснула руками медсестра.
— Ох, прав Зубов, с вами одни мучения!
Зубов точно говорит не так мягко.
— Побежала тогда, чтобы успели сегодня сделать, — добавила Ольга Петровна, оставляя нас с Павлом наедине.
— Забыл отдать, значит? — спросил я. — Как же так умудрился?
— А чего ты за меня не заступился перед Зубовым, — буркнул в ответ Шуклин. — Я тут весь день роль медсестры играю. Так и надо тебе.
— Потому что свои проблемы с заведующим ты должен решать сам, — спокойно ответил я.
— При чём здесь я вообще?
— Ну раз ты не при чём в моих проблемах, то я тем более не при чём в твоих, — заявил Шуклин. — Я тоже хочу получить это место, и мне совсем не улыбается перспектива работать помощником медсестры, пока вы все лечите пациентов и показываете, какие вы офигенные врачи.
— Зря ты так, — вздохнул я.
Я не сторонник подобных методов конкуренции, однако и оставлять это без внимания не стану. Чувство собственного достоинства у меня есть.
И есть также одна идея, как мне со всем этим разобраться.
* * *Роман Соколов подслушал разговор двух интернов, прячась за дверью. Ему было крайне любопытно, какую выгоду он сможет извлечь из этого. И вот — последние фразы. Доказательство того, что у Боткина не будет друзей в этом отделении.
А значит, можно объединиться с другими интернами, чтобы изжить самого способного. Потом с остальными Соколову будет куда проще разобраться.
