Мистер Николсон: Очень хорошо.
Мистер Маккан: Спасибо. А теперь позовите, пожалуйста, присяжных. Мы можем продолжить заседание.
Воскресенье, 23 мая 2010 года
Сэм Холланд ждала меня в машине около дома.
— Доброе утро, — сказала она, когда я села на пассажирское сиденье. — Хорошая погода как раз подходит для путешествия в неведомое. Так куда мы едем?
— В Сент-Олбанс.
Мы въехали на шоссе.
— Слушай, Сэм, я так благодарна, что ты согласилась поехать со мной. Прости, если испортила тебе выходной.
— Всегда рада помочь.
Так что за письмо ты получила?
Письмо принес почтальон вчера вечером, пока я ходила по магазинам. Обычный конверт, отправлен авиапочтой, мое имя и адрес напечатаны, почтовый штемпель смазан. Я зачитала его вслух:
Дорогая Кэтрин!
Я так часто думаю о тебе. Мне, правда, очень жаль, что все так вышло. Я сожалею о многом и поэтому хочу сделать тебе подарок, — надеюсь, он тебя немного развеселит. Поезжай до северной части города Сент-Олбанс. Найди промышленную зону Фарли, это у Фарли-роуд.
Припаркуйся у строения под номером 23, обойди его слева — сзади есть небольшая роща, а за ней пустырь.
Иди вдоль края рощицы, там и найдешь мой подарок. Надеюсь, ты выполнишь эту мою последнюю просьбу. Считай, что таким оригинальным образом я прошу у тебя прощения.
— Что, и это все?
— Да.
— Знаешь, как-то странно оно обрывается. Начинается вроде как все письма, «Дорогая Кэтрин», а в конце почему-то — ни «пока», ни «до свидания»?
Мы промчались несколько километров по шоссе M1, в сторону шоссе М25.
Летящие навстречу машины проносились мимо со скоростью ветра. Я прикусила губу.
— Кэти?
— Вообще-то, там еще кое-что написано. На другом листочке. Но это личное.
— Личное какого рода?
— Да ерунда какая-то. Все это совершенно не важно.
— Кэти, надеюсь, ты понимаешь, что это не твоя личная переписка, а вещественное доказательство?
— Слушай, давай уже доедем и посмотрим, что он там оставил? Все это вообще может оказаться какой-нибудь несусветной глупостью.
— А что Стюарт об этом думает?
— Стюарт не знает. Он в Бельгии, на научной конференции.
Сэм смотрела на дорогу, но губы ее были осуждающе поджаты. Конечно, я покажу ей это письмо. Я обязана его предъявить. Но пусть оно немного побудет личным, касающимся только меня и Ли…"
"— А как ты думаешь, что он там оставил? — помолчав, спросила Сэм.
— Понятия не имею, но вряд ли что-нибудь хорошее.
— Да, мне тоже так кажется. Хорошо, что ты мне позвонила.
