Длинное, сверкающее… красивое… лезвие ножа.
Я поняла, что это нож, только после первого пореза. Я не шевельнулась, не издала ни звука. Он хотел, чтобы я стонала и рыдала, а у меня попросту не осталось сил.
Второй порез пришелся на левую руку — если честно, было немного больно, но теплая кровь согрела мою холодную кожу. Затем он начал кромсать меня наотмашь; я слышала, как он шмыгает носом и всхлипывает, и, сделав усилие, открыла оба глаза. Значит, вот как он решил меня убить? А почему бы просто не перерезать мне горло? Или вены на руках? Зачем… так усложнять? Ведь это займет кучу времени…
Я не сопротивлялась.
Он сдернул с меня одеяло и начал колоть в ноги.
— Господи Исусе… — пробормотал он, но не остановился. Или остановился? К этому моменту я вообще перестала что-либо соображать.
Я лежала, чувствуя, что ран становится все больше, мелких, и все они кровоточат. На руках, на ногах. И кровь, которая еще оставалась во мне, вытекает на ковер, который когда-то был светло-серым. И кто бы мог подумать?
Вторник, 8 апреля 2008 года
Мы с Кэролин наконец-то занялись отбором персонала на должность разнорабочих и диспетчеров для нашего нового склада.
Все шло хорошо, пока в десять утра Кэролин не ввела в комнату очередного кандидата.
Я как раз читала его резюме: Майк Ньюэлл, возраст — тридцать семь лет, раньше в такой должности не работал. Нам требовались работники с опытом, но эта анкета была написана выверенным и грамотным языком, чем выигрышно отличалась от большинства других.
Интересно взглянуть на грамотного мистера Ньюэлла. Что там у него за семейное положение? Детей нет, живет на юге Лондона, интересуется мировой историей и электроникой. Мы бы вообще не стали его приглашать, если бы мое внимание не зацепила одна фраза: «Хотя у меня мало опыта в складской работе, у меня есть энтузиазм и желание учиться. Полагаю, что моя преданность делу компании „Льюис фарма“ также должна принести пользу». Энтузиазм, лояльность, желание учиться — это как бальзам на душу менеджеру по персоналу.
Кэролин что-то сказала, обращаясь к вошедшему в комнату мужчине, и я встала из-за стола, чтобы пожать ему руку, растянула губы в приветственной улыбке, — это был сегодня пятый опрашиваемый.
Сердце у меня замерло.
Передо мной стоял Ли.
Как ни в чем не бывало он улыбнулся и пожал мне руку, пока Кэролин суетилась вокруг него как курица. А у меня перед глазами поплыли темные круги, а во рту пересохло так, что я не могла сглотнуть.
