Я плохо спала прошлой ночью, а сегодня шла от больницы пешком…
— Что, от самой больницы?
— Автобусы плохо ходили. Да здесь не так уж и далеко.
Я снова зевнула.
— Возьми с собой в постель телефон, хорошо?
— Зачем это?
— Ну, вдруг проснешься ночью, испугаешься. Вот и позвонишь мне."
"— И не подумаю. Чего это я буду тебя будить?
— А мне хочется, чтобы ты меня будила. Раз ты не спишь, и я не хочу спать.
— Стюарт, как это странно…
— Почему?
— Ну вообще… А когда ты вернешься в воскресенье, все уже будет не так, как раньше? Все изменилось?
— Ты имеешь в виду, между нами? После того, как я тебя поцеловал?
— Да…
— Точно.
Я так старался не подходить к тебе слишком близко, чтобы ты могла сначала как следует выздороветь, но больше я не могу себя сдерживать. Ты не против?
— Не знаю. Но по-моему, я не против.
— Я прилетаю в девять вечера в воскресенье. Хочешь, я сразу приеду к тебе? Правда, будет уже очень поздно.
Настал ответственный момент.
Я чуть поколебалась, перед тем как ответить, прекрасно понимая, что от моего «да» или «нет» зависят наши судьбы.
— Кэти, ты здесь?
— Да. Я буду ждать тебя. Не важно, что очень поздно.
Пятница, 21 мая 2004 года
Ли работает в эти выходные, почему-то он решил предупредить меня. Не знаю, может быть, это очередной тест, чтобы проверить, не собираюсь ли я сбежать от него. Я уверена, что он не подозревает о моей переписке с Джонатаном и о моих далекоидущих планах слинять в Нью-Йорк. Ручаюсь, он все еще ждет, что я попытаюсь предпринять что-нибудь здесь, на территории Ланкастера.
Он даже разрешил мне сходить в бар сегодня вечером, повидаться с друзьями.
В последние несколько дней он ведет себя так, как будто у нас совершенно нормальные отношения. Руки не распускает, без предупреждения в мой дом не вламывается, не дает абсурдных приказов. Он даже по-своему добр ко мне: когда на прошлой неделе я слегла с простудой, он сварил мне суп и сходил в магазин. Если бы я не знала про его другую, страшную сторону, я была бы даже рада, что у меня появился такой заботливый мужчина.
А когда я сказала, что собираюсь взять долгосрочный отпуск, отдохнуть от работы, он и вовсе повеселел. Я нарочно сказала ему — вдруг я оговорюсь в разговоре или просочится информация с работы? Конечно, Ли с самого начала настаивал, чтобы я бросила работу. Я думала, что он хочет чаще меня видеть, но сейчас я понимаю, в чем суть. Полный контроль — вот что ему было нужно, даже тогда.
