И когда она успела докатиться до того, чтобы считать чужие деньги? Стало так стыдно перед Даниялом, что она больше не выходила из кухни. Дан и нашел ее там, сидящей над остывшей чашкой кофе и накрывшей руками голову.
— Дана, что с тобой? — он спрашивал участливо, но звуки его голоса только все ухудшили.
— Нам пора домой, Даниял, — она поспешно встала, но ее тут же взяли за плечи крепкие руки и повернули на свет.
— Так, ясно, — заключил Баграев, пока она вытирала щеки, от души надеясь, что он ничего не видит.
— Пойдем.
— Куда?
— Увидишь.
Он взял ее за локти и фактически вытолкал из кухни. Сопротивляться было неудобно, но пока что Дан никак не намекал на сексуальные притязания. Впрочем, Данка и сама все хорошо чувствовала — прижимался он к ней достаточно, чтобы все было понятно.
Они прошли мимо гостиной, где на разложенном диване сопели укрытые пледом дети, а потом Дан затолкал ее на террасу. Вообще-то это была лоджия, но очень большая, а огромные панорамные окна от пола до потока делали из нее террасу.
Здесь стояли два кресла и столик, на нем красовалось большое блюдо с малиной и персиками. Помнит же… Дан чуть ли не силой усадил Данку в одно из кресел.
— Подожди меня, только пожалуйста, Даночка, давай без лишних телодвижений.
Вернулся очень быстро с бутылкой охлажденного вина и двумя бокалами.
— Ты хочешь меня споить, Баграев? — попыталась пошутить Данка, но шутка не зашла. Никому."
"— Нет, я хочу пригласить тебя на свидание, — серьезно ответил Даниял и откупорил бутылку.
Наполнил бокалы на треть и протянул один Дане. — Я много думал о нас, Дана. Поверь, у меня было для этого достаточно времени. И вот что я понял. Я женился на девушке, от которой потерял голову, в которую влюбился до чертиков, но которую совсем не знал. Потому что, если бы я знал тебя так, как знаю сейчас, ни за что бы не поверил никаким фотоснимкам, ничьим заверениям. Я полюбил тебя по-настоящему, когда потерял, но любишь ли ты меня, я не уверен.
Данка вспомнила иссеченное шрамами тело.
Костя говорил, что Дан некоторое время провел в инвалидном кресле, на фоне этого его слова о достаточном времени звучали довольно зловеще.
— Мы поженились слишком быстро, у нас совсем не было времени узнать друг друга. Поэтому я хочу наверстать упущенное и дать тебе возможность узнать меня заново, и не только узнать, а и заново полюбить. Я предлагаю тебе встречаться, и эти свидания будут только наши с тобой, как сейчас — только ты и я.
