Сегодня ты внедрился в бухгалтерию «черного» производства, а завтра, глядишь, все это самое производство полностью перейдет под твой контроль… И так потихоньку-полегоньку будешь контролировать целые звенья в экономике страны. А придет время, может быть, и на большую экономику сможешь влиять, возьмешь под себя…
— Под свою крышу… — вспомнил я брошенное на ялтинском сходе лихое словечко молодого вора.
— Ну да! — рассмеялся Егор. — Под свою крышу. Будешь следить за тем, что творится под крышей дома твоего.
Над этим много надо работать.
— Ну не знаю… Где это видано, чтоб вор работал… Да не станет он ни в жисть руки об это марать.
— Руками, Гера, может, и не придется, а вот головой обязательно. А тут тоже еще потрудиться придется, образование получить. А это ох как непросто. Будущее, оно покажет, научитесь вы работать головой или все по старинке будете руками ловчить, — спокойно возразил академик. — Знаешь, литературная богема Петербурга в начале века спор вела, кто настоящий писатель — тот, кто при свече гусиным пером по бумаге марает, или тот, кто на «ундервуде» печатает… Спор бессмысленный, скажу я тебе.
Времена, они меняются, как поет один модный американский певец. В воровском деле все тоже меняется, и я так думаю: вору иметь в руках собственное производство куда выгоднее, чем срезать трехрублевые кошельки в вокзальной давке. К тому же он еще и пользу принесет многим.
— Ах! Вон ты куда метишь! Значит, буржуями-капиталистами призываешь стать?!
— Пред-при-ни-ма-те-лями! — поправил серьезно Егор.
— До этого еще далеко, еще кремлевская гвардия не осмелела настолько, чтобы руки всей стране развязать. Но рано или поздно произойдет смена номенклатурных поколений и вместо хрущевско-брежневских тугодумов придут оборотистые карьеристы, нюхнувшие вольного воздуха сладкой западной жизни… вот тогда у нас и начнет все меняться. Перестройка системы случится если не завтра, так послезавтра. Но думать об этом надо сегодня. Если уже сейчас ты возьмешь под свое крыло… под свою крышу… цеховиков, потом захватишь и цеха, и заводы!
Так поучал меня умник Нестеренко.
И жизнь показала: не очень-то мой друг, мой дорогой академик ошибался.
Глава 24
28 сентября
15:10
И опять все повторилось как в многократно виденном кинофильме: громко зазвонил городской телефон. Варяг, как условливались, переждал два звонка и, только когда после паузы старенькая «Тесла» разразилась очередной трелью, снял трубку.
