Так что считаю, грабить адвоката — это все равно что залезть в карман к самому себе. Или к своему родственнику. Вот о чем я толкую!
Я опять на секунду умолк и отпил воды из стакана. В эти секунды все молчали, ожидая, что дальше скажет смотрящий.
— В общем, предлагаю договориться и взять адвокатов под свою защиту…
— Построить им надежную крышу? — вырвалось у кого-то из молодых. Новое словечко показалось многим удачным — и все одобрительно загомонили.
— Да, крышу, — говорю. — Кто не согласится, ну что ж, на то воля божья и его решение, но… Но вот еще предложение: если мы большинством решим, как я предлагаю, тогда будет распространено среди адвокатов такое наше правило: кто работает по совести и без рвачества — тот будет всегда прикрыт нами от посягательств всякой бандитской швали.
Это я могу гарантировать по Москве. А вы у себя. Мы постараемся их всех прикрыть, а потом посмотрим, что из этого может выйти. Уж нам хуже не будет — это точно!
— Так ты что, хочешь решение схода вынести на волю? Чтобы адвокатишки-фраера нашим словом прикрывались? Ты в своем уме, Медведь? Такого на Руси сроду не было! — возмутился Дядя Вася.
— Ну не было. Так ведь в наших силах, чтобы было.
— Так это ж только твое решение, Медведь? — не мог угомониться Дядя Вася.
— А кто тебе сказал, что я твое решение буду выносить на решение схода! — Я уже начинал слегка злиться на упрямство казанского вора. — Да, я выношу свое, но каждый по нему примет свое решение. Ты принимаешь свое, я свое! Я не навязываю своего мнения.
Я лишь предлагаю, как обустроить нашу жизнь воровскую. И если уж говорить о том, что, мол, у старых воров этого нет и не будет, так я вам на это так скажу: я сам старый вор. Вы меня все знаете. Начинал карманником, потом стал домушником, потом в медвежатники выбился. Гастролировал по всему Союзу и всю мусорню на уши ставил. И если уж говорить, то я постарше здесь многих, не только по возрасту, но и по опыту. Может, кто сомневается?
Все промолчали. И Дядя Вася даже согласно буркнул:
— Давай к делу.
Никто в этом не сомневается.
— Так вот у старых воров, скажу я вам, до революции был такой закон, к которому я и предлагаю вернуться: когда в острог шел истинный вор, вор по жизни, адвокаты брали с него по минимуму, а то и вовсе защищали его бесплатно, и костили ему срок до самого малого, зная, что через год-два тот вернется и вновь обратится к нему, — в том и была определенная взаимовыручка. И это было по понятиям.
