Меньше суток назад я был согласен на всё, пока эта маленькая, сладкая девочка не ворвалась в мою жизнь, и не выбила почву из-под ног. Я ведь могу и не отпускать Елену. Только делить член между двумя женщинами не хочу. И выбирать между ними — чистое безумие. Все равно, что ставить на веса стабильность компании и сумасшедшую страсть. Отец крепко держит руку на пульсе, и не позволит рисковать выгодной сделкой, которую вынашивал в планах больше года, мать его! В серьёзных вопросах последнее слово всегда оставалось за ним, хоть я и руковожу семейным бизнесом Перезов вот уже несколько лет.
— Так не бывает. Скажи, что это не сон, Артём? — хриплый голос девчонки возвращает меня к ней.
Она приподнимается, чтобы заглянуть в мои глаза. Обхватывает ладонями моё лицо. Вялый член выскальзывает из тесной норки, и я чувствую, как по бедру течёт тёплая влага. Довольно улыбаясь, провожу пальцами по её раскрасневшейся щеке. Елена после секса выглядит ещё более привлекательной, сексуальной, домашней девочкой, напоминает пушистый одуванчик.
Убираю с лица растрёпанные, влажные прядки за уши и любуюсь каждой её милой чёрточкой.
— Мы с тобой на одной волне. Между нами слишком сильное притяжение, — целую её слегка курносый носик. — Твоё тело это чувствует. Ему хорошо. Запредельный запах секса на нашей коже сводит нас обоих с ума.
— Это плохо, — прикусывает губу, разочарованно смотря куда-то вдаль. — У нас с тобой нет будущего, Артём. К тому же я тебя совсем не знаю.
— Это можно исправить."
"Елена отстраняется и с трудом перебирается на пассажирское кресло.
Я не препятствую. Наблюдаю за тем, как она тянется к вещам, находит одежду на заднем сидении, озадаченно рассматривает, и, выбрав футболку Маргарет, вытирается ею между ног, после чего бросает мне. На меня больше не смотрит. Надевает мою футболку. Усаживается поудобнее и пристёгивает ремень.
— Не знаю… хочу ли я узнавать тебя ближе, — прикрыла глаза, пытаясь расслабиться.
Хмыкаю, глядя на то, как смешно она ревнует. Блять! Эта девочка сводит меня с ума.
Всё, что она неосознанно вытворяла на мне, вся её внезапная раскрепощённость и искренняя предприимчивость — разбудили во мне настолько сильную похоть, которую я не испытывал уже много лет.
— Я ужасно хочу есть. Пиццу будешь? — перевожу взгляд на свой член, снимая с него подозрительно пустой презерватив. — Merda… — цежу тихо сквозь зубы, замечая в латексе разрыв, и почему-то на интуитивном уровне решаю скрыть от неё этот неприятный факт.
