— Его дед… Гонсало, — промямлила я, задыхаясь, — он нас выкрал из аэропорта… напоил снотворным и привёз меня к нему. Подруги потерялись. Я хочу домой. Пожалуйста, помогите мне, — взмолилась я, не сдержав слёзы. Они скатились по щекам, обжигая кожу. Наверное не потому, что я была в отчаянии из-за испорченного экстремального отпуска, а потому, что мне было больно смотреть на тех двоих за углом. Какого черта со мной творится? К чему вся эта странная реакция?
— Гонсало? — изумился мужчина, будто речь шла об очень уважаемом и близком ему человеке.
— Да такого быть не может! Вы ничего не употребляли «веселящего», приезжие часто балуются запрещённым допингом. Да и не похоже, чтобы вас удерживали силой. Вы бы сейчас со мной не разговаривали, а находились бы в каком-нибудь скрытом, запертом на ключ помещении. Ну да ладно. Сейчас разберёмся. Назовите ваше имя, — произнёс низким и слишком серьёзным тоном, отвечая на принятый звонок, который не продлился больше десятка секунд.
— Вы серьёзно? Мне нужно попасть в посольство! Вы же смотрящий за порядком! Вы же полицейский! В конце концов вы клятву давали защищать обиженных! Что за бред несёте? — я стала паниковать и гневно выдала по-русски, сжимая до хруста кулачки:
— Елена Владимировна я, Савельева! Долбаный придурок!
— Не следует грубить полицейскому, мисс.
Иначе беседу мы продолжим в участке, но лишь после того, как вы пройдёте экспресс тестирование на наличие в вашей крови наркотических средств.
От этого гнусного обвинения я округлила глаза, жадно хватая воздух открытым ртом.
Хотелось возразить, но не смогла выдавить из горла ни единого слова. Меня захлестнуло негодование на ряду с едкой ревностью. Как же так? Это же противозаконно — не дать шанса на спасение, не поверить несчастной девушке, обвинить, ссылаясь на моё неадекватное поведение под влиянием наркотиков! Выходит, Гонсало со своими родственничками творят беспредел без малейшего зазрения совести и страха? Знают, что им всё сойдёт с рук? Цивилизованная страна, мать вашу! И такая… «Коза ностра»… чтоб вас всех!
— Уже познакомились? — прозвучал за моей спиной насмешливый, известный мне баритон.
— Странная у Мари дальняя родственница. Прилетела погостить, погулять на нашей с Марго свадьбе, и нечаянно влюбилась в меня. Вот что с ней поделать, а, Мишель? — коп только ухмыльнулся, глядя поверх моей головы. — Под случай выбирает извращённую месть. Никак не может унять свою ревность, хамка.
— Убери её отсюда. Скоро забег начнётся. Хорошего вечера, Artemio.
