— А… можно я назад пересяду?
— Попробуй… — произношу зловещим тоном.
— Ладно, — девчонка нервно хохотнула, застёгивая ремень безопасности, — я передумала.
— Вот и отлично.
Если цунами не накроет берег, думаю, я смогу пережить эту ночь. Или хотя бы попытаюсь…
Елена.
Отлично? Да ни хрена не отлично! Из-за твоего придурковатого деда, я с подругами попала в передрягу и чувствую сейчас себя прискорбно, а благодаря тебе — так вообще соответствую девочке «прости господи» среди толпы всех этих мужиков с голодными глазами.
Боже! Зачем я только объявила ему войну? Лучше бы не злила. Может хотя бы по-хорошему смогла договориться. В конце концов рабовладение и торговлю людьми в этой стране давно отменили. Какой смысл ему удерживать меня силой? Никакого! Но ведь и не отпускает.
Сижу и молчу, кусая губу, вместе с тем, прокручивая колечко на пальце, как будто это может успокоить взвинченные нервы. Вздохнула, стоило ему резво забраться на водительское кресло и откинуться на нём.
Артём замер на пару секунд, пристально разглядывая меня. Эти глаза прожигали насквозь мою кожу до возникновения покалывающей дрожи в теле. Мне хотелось сорваться с места и бежать со всех ног. Но какая-то сила будто пригвоздила к спинке сидения. Понимаю, что прогулка в людное место это единственный шанс, чтобы осуществить своё желание и добраться до посольства намного раньше, нежели он сам решится меня туда отправить. Надо бы вести себя с ним спокойно и сдержанно, но не могу — хоть убей! Меня будто что-то изнутри подначивает бесить и доводить этого самца до белого каления, что я и делаю регулярно.
— Сначала к бразильцу. Поужинаем, затем отправимся на «шоу»! — очнувшись, скомандовал водителю второго джипа и завёл мотор. — Хотя мне кажется, представление началось с момента пробуждения зеленоглазой язвы, — добавил на своём родном языке, разговаривая с собой любимым.
— Она говорит по-португальски? — спросил Адольфа Гауровича товарищ, которого до этого я не встречала в доме.
Вся честная компания только сейчас показалась на глаза. Алехандро разговаривал на португальском. Русский язык скорее всего не знал.
— Нет, хвала небесам! Иначе я бы спятил окончательно, — ответил самодовольный засранец, плавно выезжая со двора следом за другим внедорожником. Створки ворот «рейхстага» позади нас медленно стали смыкаться. Я заметила, как включилась красная лампочка в камере видеонаблюдения.
