Жалеешь?
Теперь я задыхаюсь, судорожно ища понимания в её влажных глазах. Сердце трепещет так быстро, словно поднятый на мачте скоростного крейсера флаг. Она смотрит задумчиво, пронзая взглядом сердце, раскурочивая в нём дырку. — Ну не молчи же ты! Маленькая, не рви душу, — молю её осипшим голосом.
— Не буду… — растягивает наконец счастливую улыбку, добавляя:
— Однажды ты сказал, что занятие сексом на полный мочевой пузырь лишь усиливает возбуждение женщины. Хочу проверить, правда ли это.
— Лен! — протестуя, пытаюсь подняться с неё, но она обвивает меня руками и ногами, не позволяя сдвинуться ни на миллиметр.
— Давай с этим повременим пока, а? Я хочу убедиться, что с тобой и с плодом всё в норме, только потом мы сможем…"
"— Ооо! Святые угодники! Ты серьезно? Лишаешь меня секса из-за беременности? — облизнув губы, возмутилась она. — Ну уж нет! Раздевайся! Беременным женщинам отказывать нельзя! Плохая примета, Гаур! Нужно беречь рога.
— Лееен… Я могу сорваться. С тобой ванильный секс невозможен.
— Звони Рите! — рыкнула приказным тоном.
— Зачем? — сглатываю нервный комок. Чувствую, как жилка над правым глазом пускается в пляс.
— Чтобы поблагодарить её. А ещё не мешало бы промыть тебе мозги.
— Маленькая, прошу, — взмолился, как только член принял боевую готовность и потерся о её бедро сквозь ткань брюк, одаривая меня острым возбуждением.
Я бы давно исполнил наше общее желание, если бы не этот чертов страх навредить необузданным сексом маленькому существу в её нутре. Нашему ребёнку.
— Пожалуйста… Просто сделай это… нежно… — прошептала так сладко и откровенно, заглядывая с необыкновенным трепетом в мои глаза, что я не смог устоять… Черррт! Не смог, мать её!
Елена.
— Я буду осторожен… — шепчет Артём в мои приоткрытые губы, опуская руку на ложбинку между грудями. Целует мягко и неторопливо, затем отстраняется. Блуждающий по моему телу хмельной взгляд обжигает, вынуждает соски затвердеть под тонким хлопком майки. Чувствую, как тысячи острых иголочек прошивают обе тугие бусины. Нетерпеливо ерзаю попой под ним, забираюсь руками под резинку штанов, сжимаю пальцами его упругую задницу.
Он довольно улыбается, сдерживая порыв сорвать с меня последнюю преграду из одежды. Хнычу…
— Я буду действовать медленно, маленькая… — хриплый, проникновенный голос обволакивает сознание, накрывая волной невероятного наслаждения. — Не провоцируй меня, это бесполезно, у тебя ничего не получится, — заверяет, обездвиживая мой таз, прижимая его твёрдым пахом к кровати.
