— Он ушёл… Открой мне дверь, маленькая! — на полтона повышаю голос, сгорая от нетерпения увидеть её, обнять и, крепко прижимая к груди, извиниться за то дерьмо, которым наградил её отец.
Молчит. Уверен, она прекрасно слышит меня, но не спешит отвечать.
— Елена, не вынуждай выколачивать вторую дверь в своём доме. После его визита терпение висит на волоске. Открой! Слышишь?
— Уходи… — сиплый голос раздался в ответ. — Не хочу тебя видеть. Будь я твоей женой или любовницей — участь у меня одна! Делить тебя с другими женщинами… Ведь они будут, Артём? Когда буря страсти уляжется, ты сам вспомнишь его слова и поймёшь, насколько он сегодня был прав!
Глава 24.
Раскол
Елена.
Открываю ему дверь. Смысла упираться не вижу, как и не вижу надобности в выяснении отношений. Обстоятельства против нас. Весь мир против. Едва проворачиваю ключ. Пальцы не слушаются, но я справляюсь. Отхожу в сторону, закрываю глаза, прижимаясь спиной к холодному кафелю. Он прожигает мою кожу насквозь жутким холодом. Дрожу под одеждой, оседая на пол.
Теперь и я против… Нас…
«Любовница!» — слово хлестко бьет по сердцу. Протыкает насквозь острой иглой. Взрывает мозг на мелкие частички, словно граната небольшое кирпичное здание. Удушающие осколки презрения осыпаются на голову ощутимыми ударами, выколачивая виски пульсирующей болью. Задыхаюсь. Хочу свободы. Без него. Без его глаз, сливающихся с цветом старого, выдержанного виски. В лучах яркого солнца они такие. Золотистые. Игривые. Стоит адреналину взметнуть вверх и радужки превращаются в тёмное эспрессо.
Чееерт! Забыть! Забыться самой. Закрыть душу на замок и больше не впускать, чтобы не царапать её осколками, не раздирать на куски."
"— Малыш? — бархатный голос обжигающим вихрем врывается в моё маленькое пространство следом за открывшейся дверью, затягивая за собой поток удушающего аромата личного наркотика, а затем и сам наркотик. Его запах наполняет помещение. Проникает во все мелкие трещинки на поверхностях, вонзается шипами в мою кожу, врастает в неё и зудит.
Кажется, я никогда от него не избавлюсь. Разве что сдеру вместе с кожей, до крови. Заглушу удовольствие болью.
«Это не любовь!» — царапаю воспоминанием пластинку в голове, чтобы заело звук. Чтобы напоминало раз за разом правдивую, жалкую реальность. Всего лишь страсть. Дикая. Безудержная. Губительная. Сумасшествие на грани гормональной войны.
— Ответь… — тепло его тела так близко, что кончики волосков ощущают касание. Дыхание сплетается с моим.
