Только что был готов взять меня, и тут же резко поменял планы?
— Да брось, — шепчет хрипло, — мы пойдём с тобой до конца. Изучим друг друга до мельчайших подробностей, маленькими дозами. Постепенно. С удовольствием. Я не хочу, чтобы ты меня стеснялась.
Легко сказать «помастурбируй для меня», а как это можно сделать, когда дурь вышла из головы, и вырывая обрывки из памяти, ты начинаешь понимать, что вела себя слишком развязно и откровенно. Отвратительно. Я медлю, погружаясь в лёгкую панику, неосознанно сжимаю пальцы на его предплечьях, ощущая под кожей напряжённые мышцы.
Кусаю губы. Царапаю ногтями его крепкие руки.
— Ну же! — хриплый, нетерпеливый баритон провоцирует на безумие. Распахнув глаза, ловлю в огромном зеркале напротив цепкий, слегка прищуренный взгляд. В нём плещется похоть. Артём с жадностью впитывает меня, не отпускает. Страсть превращает его карие радужки в чёрные бездонные омуты и я окончательно в них тону. Находясь под мощным гипнозом, тянусь правой рукой к раскаленному входу, желая заменить пальцы на его идеальный член, до конца заполнить им себя.
— Сядь на бортик, Елена, — приказывает, разгоняя пульс на максимум. — Я не вижу ничего за пеной. Покажи мне себя. Уверен, ты невероятно красивая в такие моменты.
О, Боже… Мне хочется нырнуть под воду и стать «Девочкой-амфибией».
— Тебе нравится чувствовать контроль над возбуждением женщины?
— Я не взял защиту, Елена. Без «резинки» будет намного быстрее. Я очень хочу, чтобы ты получила удовольствие, малышка…
Артём.
— Врешь, — иронично дрогнули уголки её губ. — Ты хочешь моей смерти.
— Господи, ты сейчас серьёзно? — обхватываю ладонью её висок и поворачиваю голову, чтобы заглянуть в эти чудесные зеркала женской души. Такие глубокие. Разящие наповал. Просто удивительная девушка. Елена уставилась на меня широко открытыми глазами. — Куда подевалась моя раскрепощённая Багира? Та, что пару часов назад уверенно покоряла вершину моего возбуждённого естества, выжигая меня изнутри своей дикой, необузданной страстью? — мои глаза смеются, глядя на неё.
Очерчиваю большим пальцем контур нижней губы и медленно выдыхаю, освобождая какую-то часть напряжения. Пытаюсь сосредоточиться на своём возбуждении, игнорируя поступление болевых сигналов в мозг. Чертов извращенец! Не иначе. Хочу её до безумия, как будто она — глоток свежего воздуха, и плевать на то, что рана в тёплой воде даёт о себе знать ещё больше.
— Ты просишь продемонстрировать слишком личное.
