Оказавшись в нем, Гарри ощутил себя словно попавшим в глубокий колодец.
Дементоров хватало и здесь, они источали холод, стоя, подобно безликим часовым, в двух дальних от высокого судейского помоста углах зала. На помосте восседала отгороженная перилами Амбридж; по одну сторону от нее располагался Яксли, по другую — Гермиона, такая же белая, как и миссис Кроткотт. Вдоль помоста прохаживался серебристый, длинношерстный кот, защищавший, как сразу понял Гарри, судей от источаемой дементорами безнадежности: ее полагалось ощущать обвиняемым, а не обвинителям.
— Садитесь, — мягко и вкрадчиво произнесла Амбридж.
Миссис Кроткотт, спотыкаясь, приблизилась к одиноко стоявшему перед помостом жесткому креслу. Едва она села, как из подлокотников кресла с лязгом выскочили цепи, сковавшие ей руки.
— Вы — Мэри Элизабет Кроткотт? — спросила Амбридж.
Миссис Кроткотт кивнула, подрагивая."
"— Жена Реджинальда Кроткотта, сотрудника Отдела магического хозяйства?
Миссис Кроткотт заплакала:
— Я не знаю, где он, он должен был прийти сюда, ко мне!
Амбридж не обратила на это никакого внимания.
— Мать Мэйси, Элли и Альфреда Кроткоттов?
Миссис Кроткотт зарыдала:
— Они так испуганы, боятся, что я не вернусь домой…
— Увольте, — презрительно произнес Яксли. — Отродья грязнокровок никаких симпатий нам не внушают.
Рыдания миссис Кроткотт заглушили шаги осторожно поднимавшегося на помост Гарри. Едва миновав патрулировавшего помост Патронуса-кота, он почувствовал, как изменилась температура: на помосте было тепло и уютно.
Гарри не сомневался, что Патронус принадлежал Амбридж и светился он так ярко потому, что она была здесь счастлива, находилась в своей стихии, применяя извращенные законы, которые сама же и помогала составить. Медленно, очень осторожно Гарри прошел вдоль края помоста за спины Амбридж, Яксли и Гермионы и присел на стоящий за ее спиной стул. Главное было — не напугать Гермиону. Он подумал, не ударить ли ему по Яксли и Амбридж заклинанием «Маффлиато!», но сообразил, что даже произнесенное шепотом слово встревожит Гермиону.
Но тут Амбридж повысила голос, обращаясь к миссис Кроткотт, и Гарри воспользовался этим.
— Я за твоей спиной, — прошептал он в ухо Гермионы.
Как Гарри и ожидал, она дернулась с такой силой, что едва не опрокинула пузырек с чернилами, которыми ей полагалось вести протокол допроса, однако и Амбридж, и Яксли сосредоточенно вглядывались в миссис Кроткотт и этого не заметили.