Наглец и хам!
Не хочу себе признаваться, что его поцелуй и моя реакция на него задевают меня сильнее, чем его самоуверенность и откровенная снисходительность.
В нервном ожидании часа Икс, нашей встречи, я провожу остаток рабочего дня.
Несмотря на та, что вроде бы не жажду привлекать Крамера как женщина, я все равно придирчиво разглядываю себя в зеркале.
Здравое зерно в словах Лидии есть, на совместных фото с Тимуром мы будем смотреться хорошо.
После окончательного утверждения деталей брачного договора, будущая фиктивная свекровь напоследок сказала: «Не пара будет, а картинка: ты на фоне сына просто Дюймовочка».
Ближе к шести я осознаю, что мы не договорились: он за мной зайдет или будет ждать меня на парковке. После его сегодняшнего выступления, свидетелями которого стали мои сотрудники, я бы предпочла второй вариант, но обычно, если мне не везет, то по-крупному.
Когда ровно в шесть на мой телефон приходит вызов с незнакомого номера, я уже догадываюсь что это Крамер. И точно:
— Ты готова? Я поднимаюсь.
Квинтэссенция Крамера в одной фразе. Зачем спрашивает, если уже поднимается?
— Жду, — уговаривая себя не заводиться на пустом месте, сухо отвечаю я, подхватываю сумочку и иду на выход.
Крамер действительно уже ждет меня в фойе возле лифта.
— Куда поедем? — спрашиваю я, чтобы хоть как-то избавиться от неловкости, которую, похоже, испытываю только я.
— В «Черчилль», — пропуская меня в лифт, односложно отвечает Тимур.
Ясно. На светскую беседу мы не настроены. Не больно-то и хотелось.
В лифте Крамер так пристально меня разглядывает, что мне становится не по себе.
— Что-то не так? — я кручусь перед зеркалом в полый рост. Точно знаю, что этот лифт самый любимый среди наших модниц, обожающих лифтолуки.
— Все так. Решил, что в твоей спальне в нашем доме нужно сделать зеркальную стену, а может даже и зеркальный потолок.
В ужасе смотрю на него, он же шутит?
— Обсудим это за ужином, — дипломатично отвечаю я.
Крамер в ответ на это только хмыкает.
Если сейчас будущий муж меня только раздражает, то что будет, если мы не договоримся?
Сколько дают за убийство в состоянии аффекта?
Всю дорогу до ресторана мы молчим, именно сейчас я остро ощущаю, что мы чужие друг другу люди.
Прав был Егор. Решение, которое мне казалось логичным и взвешенным, — настоящая авантюра. Но отступать сейчас, значит потерять лицо и испортить деловую репутацию «Неба» и Раевских.
Если и произойдет срыв сделки, то не по вине нашей стороны.
