Не подхожу Крамеру? А кто ему подходит? Может, у Староверова и кандидатура есть?
— Я побеспокоил тебя, чтобы привести кое-какие аргументы в защиту своего друга. А ты уже сама своими мозгами, если они у тебя есть, будешь принимать решение.
— Тогда переходи к делу. Нечего тянуть, — меня так и тянет сказать какую-нибудь гадость. В мозгах он моих сомневается! Умник нашелся! — Мне твоё общество так же неприятно, как и тебе мое.
Староверов смотрит на меня с жалостью.
— Линда, даже сейчас ты слышишь не то, что тебе говорят, а то что диктуют тебе эмоции.
Я не сказал, что твоё общество мне неприятно. Ты мне симпатична, но считаю, что с женщиной другого склада Тимуру было бы лучше. Ты явно не можешь смотреть на вещи трезво. Ты готова меня выслушать?
Нет, я совершенно точно не готова его слушать. Но, похоже, выбора у меня нет. Поджав губы, я нажимаю на кнопку селектора.
— Дима, принеси нам воды, — прошу я, чтобы выиграть время и успокоиться. Желание вцепиться Данилу в лицо никак не проходит.
Пока ассистент обеспечивает напитки, я пытаюсь собраться с мыслями.
Мне и самой не очень понятно, почему я так остро реагирую на Староверова. Он мне неприятен, но не настолько, чтобы впадать в ярость. По сути, Данил чужой мне человек, а посторонние меня никогда так не ранили, как близкие. Через первых я всегда молча перешагивала. Что происходит? Проснулась я вполне спокойная, потом приступ бешенства на кухне, когда Крамер вышел, апатия в первой половине дня, и вот опять. Откуда эти несвойственные мне скачки настроения? Витаминов мне не хватает, что ли…
— Готова, — отпив холодной воды, отвечаю я.
Если это единственный способ избавиться от Данила, сделаю вид, что я его слушаю.
— Прежде чем я дополню уже известную тебе информацию, задам всего три вопроса. Ваш с Тимуром конфликт связан с нашим с ним разговором по поводу брачной сделки и твоего в ней участия, так?
— Да.
— Тебе эту информацию подбросила одна персона, доверие к которой у тебя подорвано. Так?
— Да.
— А почему ты ей поверила?
Я оторопело хлопаю глазами.
— В смысле, почему? Я задала вопрос Тимуру, и он ничего не отрицал.
Данил окидывает меня скептическим взглядом.
— Вопросы можно задавать по-разному. Прости, но ты не произвела на меня впечатление человека, который докопается до сути. Не чувствую я в тебе таланта к допросам.
— Были ещё причины, — уклоняюсь я от ответа. Ещё не хватает вываливать Данилу наш разговор с Тимуром о моих трагедиях на любовном фронте и Кристиной роли в них.
