Телефон, кейс для наушников. Вроде, все взяла.
— Все, пока.
— С каким человеком? — уточняет Крис, но осторожно. Я бы сказала, даже слишком осторожно.
— Просто встреча, Крис, — отвечаю рассеянно. Мне кажется, если я назову имя Ольшанского, она начнет меня отговаривать.
Внезапно с крыльца доносится шум, дверь распахивается, будто ее открыли с ноги.
Вздрагиваю. И Крис вздрагивает.
Потому что на пороге стоит Алекс.
Никаких «здрасьте» и «привет». Стоит, упираясь руками в дверные откосы.
Под глазами тени от недосыпа, бледный, волосы взъерошены.
Вид мрачный и жутковатый. Ничего общего с тем безукоризненным идеальным Алексом, к которому я привыкла.
Начала привыкать.
Странно, но сейчас он мне чем-то напомнил того типа в пиццерии, который подсел к нам за столик.
Алекс смотрит на нас. На Кристину. На меня. На живот. Снова на Кристину.
Он как будто сканирует нас глазами. Удостоверяется, что все живы. И комплектацию проверяет…
— Почему вы не позвонили мне? — его голос звучит глухо, зло. Надломано.
— Почему я узнаю все задним числом? Вас прессуют, а вы как котята беспомощные…
Он с шумом вдыхает воздух, замолкает и почему-то мне кажется для того, чтобы не начать материться. Пусть и на английском.
И еще мне слышится, что его голос звучит с акцентом. Чуть уловимым, но все же различимым.
— А почему мы должны были вам звонить? — отвечает Кристина.
Перевожу взгляд на нее и осекаюсь.
Что с моей подругой?
Она бледная как мел. На лбу испарина. Руки сцеплены перед собой в замок.
Да она так бандита в пиццерии не испугалась, как сейчас трясется при виде Алекса.
Чем же он так запугал мою бесстрашную Крис?
Может пригрозить ему полицией?
Но что я могу ему предъявить? Принуждение к браку через шантаж подруги…
Меня скорее упекут в психушку.
Решаю прийти ей на помощь.
— Вы точно ничем не смогли бы помочь, Алекс. Мы бы и не стали вас впутывать. Эти люди убийцы, они убили Марата, отца Кристины. Им нужны его деньги, они думали, что Крис купила машину за деньги отца.
— Почему вы уверены, что это они? — хмуро спрашивает Алекс, отталкиваясь от проема и входя в дом.
Кристина пятится назад, на ее щеках вспыхивают лихорадочные пятна.
Она молчит, поэтому отвечаю снова я.
— Крис его узнала. Они с отцом однажды ехали в машине, и она его видела.
— Из багажника, — чуть слышно добавляет Кристина, — я видела его из багажника. Папа спрятал меня там. Сказал, что это такая игра, и надо спрятаться. А я выглянула и увидела.
Алекс тоже бледнеет.
