Смотрит с мольбой в глазах. — Лиз! Ты не будешь против, если я сейчас поеду с Оскаром? Не буду ждать вечера?
— Нет, конечно, — смотрю удивленно, — почему я должна быть против?
— Ну… мы уедем на целый день. Я оставлю тебя одну, а у тебя с утра живот тянул…
Он и сейчас тянет. Но я скорее дам себя убить, чем позволю Крис сидеть со мной безвылазно дома целый день.
У Кристины с Оскаром занятия с четырех до шести вечера под строгим контролем Алекса. Но сейчас их надзиратель отсутствует, а Оскару надо съездить по делам в соседний городок.
Между ними явная симпатия, а главное, что она обоюдная. Парень позвал с собой Крис, и я вижу, как ей хочется с ним поехать.
Так кем я буду, если начну сейчас ныть про свой живот? Тем более, что он почти уже не болит. Почти…"
"Крис убегает, а я иду заниматься. Потом обедаю, переделываю домашние дела и решаю заняться приготовлением ужина.
Вечереет. Как раз Кристина вернется.
Конечно, они могут поужинать с Оскаром где-то по дороге. Но Оскар парень гиперответственный. Если он предложил Крис с ним съездить по делам, то не допустит, чтобы поездка была в ущерб занятиям.
И значит это будет просто перекус.
Так что, возможно, нам придется пригласить Оскара на ужин. И пусть надзиратель возмущается сколько влезет. Рабочий день Оскара закончится.
Собираюсь мариновать курицу и неожиданно обнаруживаю, что у нас закончилась горчица. И соевый соус тоже закончился. И сыр. И сливки.
Черт. А я хотела сделать пасту с креветками.
Одеваюсь — здесь до магазина недалеко. Быстро сбегаю и куплю заодно больше овощей.
А завтра уже сходим с Крис или может закажем доставку.
На улице стремительно темнеет, холодно. Запахиваю пальто и ускоряю шаг. Низ живота сразу отзывается ноющей болью.
Странно. Раньше уже так было. Немного потянет и перестает. А сейчас боль то проходит, то возвращается. Я уже начинаю жалеть, что вышла. Хочется сесть, даже лечь, опереться о подушки.
Но я уже пришла. Быстро набираю в корзину нужные продукты, рассчитываюсь и иду обратно.
Уже на полдороге останавливаюсь.
Живот как сдавливает, тянет сильнее вниз. Я хватаюсь за живот, наклоняюсь вперед. И внезапно позвоночник простреливает боль.
Один раз, второй.
Взлетает вверх и охватывает голову как обруч. Сжимает, давит. Перед глазами темнеет, вихрем кружатся цветные точки.
Зажмуриваюсь, держась за оградительный столб, и дышу. Глубоко и ровно, чтобы дыхание пришло в норму.
Боль немного отпускает, оглядываюсь, чтобы позвать на помощь. Улица ярко освещена, но на ней никого.
