Ты получишь место при дворе, как мы и договаривались. И, конечно же, Пустоши к титулу и моей благосклонности!
Что и следовало доказать. Нед усмехнулся. Он и сам подозревал Харрингтонов, но тогда еще не знал, кто стоит за этим. Теперь было понятно. Фанни действовала заодно с Альбертом. Наверное, потому семейство и уехали до появления в Пустошах принца.
— Но… — услышал генерал слова девушки."
"— Отступать поздно, — холодно проговорил Альберт и Нед устремил на мужчину в черном взгляд.
— Это ведь ты прислал мне письмо на фронт? — спросил он глухо.
— Ты стоишь за всем, не так ли?
Фанни было сделала шаг в направлении коридора и тогда Нед, собрав все свои силы воедино, вцепился в подлокотники кресла. В какой-то миг при этом мужчина даже испытал дикое ликование, когда понял, что тело снова слушается его. Но как долго продлится блаженный миг, одним богам известно, и Бэрилл произнес:
— Можешь даже не отвечать. Я и так знаю, что это ты.
— И что теперь? — рука в перчатке потянулась к маске. Секунда и перед Эдвардом предстал принц собственной персоной.
Фанни замялась. Было понятно, что она не может решиться сделать то, что ей велел будущий король. Все же, одно дело подпилить доски и веревку. И совсем другое, убить хладнокровно живого человека.
Нед понимал это, как никто другой. Он убил впервые, только попав на войну.
Первая смерть была ужасна. Как долго он потом не спал ночами, мучимый угрызениями совести. Оправдывал себя тем, кто убил врага и что у него не было выбора. Это после все встало на свои места.
Он убивал, защищая свое королевство. И больше не мучился от подобных эмоций. Знал, что может убить снова. Но Альберт был его другом. По крайней мере, прежде ему так казалось.
— Почему? — глухо спросил генерал, глядя в холодные глаза его высочества.
— Все дело в этом свитке! — принц подбросил предмет беседы в воздух и тут же поймал, сжав крепко длинными ухоженными пальцами. — И ты сам знаешь, в чем причина.
— Я никогда не претендовал на трон, — заявил Нед.
— Ты? Конечно, нет.
Но у тебя есть сын и появилась молодая красивая жена. Торговки, они женщины крепкие. Нарожала бы тебе эта девка сыновей. Кто гарантирует, что потом вы не заявили бы права на трон, а?
— Все можно было решить миром, — сказал Бэрилл. — Мы могли поговорить. Мы могли вместе отыскать свиток и потом уничтожить его. Зачем было идти на крайности? Ты же знаешь меня, Альберт.
- Я предпочитаю делать все правильно и по-своему. Это сейчас ты так говоришь.
