Вы не знаете жизнь. Да, леди Эйвери отлично разбирается в том, как делать деньги, но для того, чтобы Пустоши и наш титул остался в семье иметь только деньги мало.
Генерал вздохнул. Нет, бабушку не переубедить, а значит, придется действовать не очень приятно, зато вполне действенно.
— Я дал вам слово, и я его сдержу. Но по истечении нашей договоренности, Габи станет той, кем родилась по праву, — просто и спокойно, произнес он.
— Что? — вскинула брови старая леди. И тогда он начал слушать море, ветер, треск огня в камине и попутно думать о своей жене, которая сейчас сидит в кабинете, корпя над документами, прибывшими из столицы.
Дав возможность бабушке высказаться, он дождался, когда она замолчала ввиду усталости горла, и произнес:
— Это мое решение и обсуждать я его более не намерен.
Леди Джоанна сделала глубокий вдох, выдержала паузу, за время которой Нед успел развернуть кресло в сторону дверей, и только потом произнесла:"
"— Глупый поступок и я знаю, откуда ветер дует. Это она, девчонка! Прежде вам было не до Габриэль.
А теперь Эйвери лезет не в свои дела и решает то, в чем не знает толка!
Он замер. Затем оглянулся, встретив уверенный взгляд бабушки. Вздохнул и произнес:
— Эйвери моя жена и она будет матерью не только для наших будущих детей, но и для Габриэль. Будет лучшей матерью, чем кто-либо другой. А вы просто не мешайте нам, леди Джоанна. Мне не хотелось бы ссор в этом доме, но все же я не могу не напомнит вам о том, благодаря кому мы сейчас едим хлеб насущный и пользуемся благами.
И более не сказав ни слова, он наклонился, толкнул рукой дверь и едва та распахнулась, выехал вон, оставив леди Бэрилл размышлять над сказанными словами, о которых не жалел ни одного удара своего сердца.
Когда же генерал, немного возбужденный после неприятного разговора, постучал в кабинет супруги, проделав путь от гостиной на второй этаж, ответом ему была тишина.
Удивленный, он открыл дверь, решив, что Эйвери просто заработалась и, возможно, просто не услышала стук, и тут же замер на пороге, глядя как его женщина спит на диване, обняв обеими руками его дочь.
Застыв, мужчина немного постоял на месте, любуясь самым прекрасным зрелищем в своей жизни, а затем все же толкнул кресло вперед. Подъехав ближе, он коснулся плеча Эйвери и она медленно открыла глаза. Моргнула, увидела мужа и улыбнулась, по-прежнему лежа на диване и держа Габриэль.
— Мы уснули. Даже не заметила, когда, — шепнула она еле слышно, чтобы не разбудить девочку.
