Жить и вернуть себе то, что было утеряно в то время, когда он потерял веру в себя.
— Нед, — тихо позвала жена.
— Ммм? — протянул он мягко, опустив взгляд с ее прекрасных глаз на не менее волнующий рот. На эти губы, которые хотелось целовать до бесконечности.
— Я сегодня ехала верхом по тропинке, что вьется от дороги у края утеса.
Он напрягся. Легкое настроение сменилось состоянием нарастающей тревоги. Он представил себе Эйви одну на утесе и не смог удержаться от слов:
— Не смей больше отправляться туда одна.
Она удивилась перемене в его настроении.
Он почувствовал это сразу, по прикосновению нежных рук, которые вдруг потяжелели.
— Ты не понимаешь, Эйвери. Берег опасен. Нельзя подъезжать к краю. Есть риск того, что он попросту обвалится и ты упадешь вниз вместе с лошадью, а меня может не быть рядом.
Она на миг застыла. Потом вздохнула и обвила руками его шею. Прижалась так тесно, что он едва не сжал зубы от желания, проснувшегося в теле.
— Я просто не знала. Хотела только проверить место, где стоял Джек.
— Джек? — проговорил Нед немного удивленно и тогда она рассказала ему о новом слуге, немом парне, который пришел в Пустоши в поисках работы и приюта.
— Ты уверена, что нам нужен такой рабочий? — спросил Бэрилл, когда его женщина закончила говорить.
— Мне его жаль, — ответила она. — И показалось, что человек он неплохой. Уж кто, а ты точно должен меня понять.
Эдвард ее понимал. Наверное, лучше, чем кто — либо в Пустошах.
— И, к слову, я совсем не об этом хотела поговорить, когда начала разговор про прогулку, — Эйви чуть отклонилась назад, так, чтобы он смог хорошо видеть ее лицо и глаза, сиявшие, словно два драгоценных камня.
И как он только раньше мог подумать про нее, что она торговка? Да в этой женщине было больше благородства, чем в тех родовитых леди, с кем он был знаком прежде. Она была чиста, и телом, и душой, и мыслями.
— Вот, смотри, Нед! — продолжила она, а Бэрилл мысленно улыбнулся от того, как нежно и сладко она называет его имя. — Вспомни стих, тот, который твой предок оставил нам, как подсказку для поиска клада.
— Я его отлично помню.
— И там говорится про золото и водную гладь, — она заметно оживилась. — Я тут подумала на досуге, посмотрела на море и знаешь, что поняла.
— Что? — не удержавшись, генерал улыбнулся.
— Там говорится об отливе. Ведь если рассуждать здраво, то твой предок не мог желать погибели своим наследникам. А потому в грот войти надо во время отлива. Когда он бывает?
— Это надо спросить у отца.
