Не такую богатую, зато умеющую видеть красоту этого мира и умеющую радоваться жизни так, как это делают только дети. Жаль, что, вырастая, мы порой забываем о том, как быть детьми. И вместе с этой памятью от нас уходить что-то легкое и светлое.
Когда начали подъем по тропе, Нед упрямо отказался от помощи отца. Я поняла, что для него было важно испытать свои силы.
Тропа — не лестница с досками, прилаженными для удобства. И веревки здесь нет.
Ни я, ни сэр Томас, мешать Неду не стали. Поднимались мы, конечно, медленно.
Габриэль и такса успели подняться и спуститься назад, пока мы преодолевали ленту тропы с ее поворотами и камнями, мешавшими подъему.
В какой-то момент сэр Томас быстро подошел ко мне, коснулся руки и кивком головы указал за спину на море.
— Взгляните, Эйвери!
Остановившись, обернулась и застыла на месте.
Так вот какой он, этот прилив. И вот почему Нед так боялся за меня.
Внутри немного похолодело, когда увидела, как море подступает на берег. Укрывает водой песочный пляж, особенно там, где виднелся грот.
Встревоженные чайки взмыли в небо, возмущенно закричали, а я так и осталась стоять, наблюдая красивое, но страшное зрелище.
— В этот момент лучше внизу не находиться, — пошутил старший лорд Бэрилл.
Не могла не согласиться с ним.
Но как же быстро прибывает море!
Несколько секунд и вот камни, на которых еще недавно играло бликами солнце, скрылись под толщей воды. У входа в грот волны шумели и пенились, бурлили и ворчали, заполняя собой темноту, пока грот, к моему откровенному ужасу, не скрылся полностью, став не частью суши, а морем.
Яркое солнце улыбалось нам с неба и в какой-то момент, за несколько минут до того, как вода заполнила грот, я увидела, как воды окрасились золотом и сердце сжалось от понимания того, что я была права.
Вот оно, золото, по которому нужно пройти! Но этого просто быть не может! Никто в здравом уме не отправиться в грот, когда там бушует море. Нет! Наверняка, я ошибаюсь. И это не место, описанное в стихотворении.
А что, если оно?
Сглотнув, ощутила сухость во рту.
Еще немного и берег стал меньше, а море поднялось высоко, лизнув начало тропы и огромный валун, который я прежде не замечала.
— Пойдемте, Эйвери, — тронул меня за локоть сэр Томас.
— Пойдемте, — проговорила, оставаясь еще под впечатлением от увиденного. И все равно, поднимаясь наверх, нет-нет, да бросала взгляд через плечо туда, где раньше был берег, усыпанный золотым песком и где теперь бушевало море.
Эдвард справился.
