Вздыхает:
– Ты, вообще, когда-нибудь бываешь нежной?
– С чего бы мне с тобой быть нежной?
Артур бьет по рулю:
– Как ты меня бесишь! Куда тебе ехать? Говори.
– Я поеду на автобусе, – пытаюсь выйти из машины, но Артур блокирует дверь.
Как я устала. Не хочу с ним пререкаться. Сдаюсь и говорю адрес общежития.
По дороге вспоминаю о том, что у меня больше нет сбережений. До стажировки меньше года. Я не успею накопить…
– Чего ты пускаешь слёзы, они к тебе больше не придут, – говорит Артур.
Я вытираю лицо, даже не заметила, как начала плакать.
Молчу. А мажор продолжает:
– Странная у тебя сестра. Играть в подпольном казино, это надо быть очень глупой.
Боже. Подпольное казино. Куда она вляпалась? Может, она и украла мои деньги? Если бы их нашли бандиты, они бы не стали требовать с меня…
– Это ж надо проиграться на почти полтора миллиона рублей, – присвистывает Артур.
Я замираю, тихо спрашиваю:
– Почему на полтора? Ты же им перевёл…
– Они сказали, что нашли в квартире девятьсот пятьдесят тысяч.
– Черт! Вот твари.
Это мои деньги, – взрываюсь я. Руль Артура даже уходит немного в сторону от моей реакции.
Я не могу остановиться и продолжаю кричать:
– Я копила их три года!
– Зачем ты хранила деньги в квартире у сестры, которая играет в казино? Я думал, ты умная. А ты походу совсем с головой не дружишь, – насмехается мажор.
Мне сейчас его стукнуть охота.
Но я понимаю: он прав. Я надеялась на авось, и вот что получилось. Наверное, хранить их в общежитии и то было бы лучшим решением. Боже, ну, почему я не положила их в банк хотя бы на прошлой неделе? Ну, и что, если бы узнала тетя Галя! В банке она не смогла бы их достать…
– На что ты копила? – спрашивает, улыбаясь.
И чего ему вдруг стало весело?"
"– На стажировку в Корею. На счету каждого студента должно быть достаточное количество средств на банковском счёте, иначе… не пустят в страну, – на этой фразе я начинаю плакать, совершенно не обращая внимания на Артура. Жизнь, которую я себе распланировала, рушится, как карточный домик.
Из-за Карины. Ненавижу. Все, больше я никогда не вернусь в ту семью. Буду сама по себе. Всю жизнь мне испортили. Знать их не хочу.
Артур подъезжает к общежитию, я вытираю слёзы, замечаю, как девушки, которые стоят около здания, оборачиваются в нашу сторону. Наверное, даже в потёмках разглядели, кто приехал. Ну, вот, теперь наверняка и сплетни про меня пойдут.
Снова пытаюсь выйти, но двери все ещё заблокированы.
– Не собираешься открыть? – резко спрашиваю.
