Через мгновение затрещали кусты, и на поляну выбралась причина их ужаса — огромный мужик с необъятным чревом, торчащими вперед гнилыми зубами, небритой физиономией и потными волосатыми ручищами. Если верить сравнительной таблице биологических видов Зорича-Кубатиева, которую Леопольд XVII всегда возил с собой ради подобных случаев, это был байкер, скорее всего, опасный маньяк и людоед — мирные байкеры встречались на воле крайне редко.
— Эй, существо в пещере! — басом закричал байкер, водружая на нос очки-хамелеоны. — Немедленно отпусти детей, и тебе ничего не будет! Если же осмелишься причинить им вред, ответишь головой, обещаю тебе как почетный педагог!
— Прости, любезный, — невозмутимо ответствовал сэр Леопольд.
— Я понимаю, что ты, вероятно, растил этих крошек себе на шашлык, и уважаю твою частную собственность, но рыцарский кодекс чести велит мне защищать слабых, и, кроме того, я страшно голоден, а в такой ситуации неподкупная совесть позволяет странствующим рыцарям многократно переступать через себя.
Пошел прочь.
Поняв, что ненароком напоролся на вооруженного пилигрима, людоед тут же сменил интонацию на жалобно-заискивающую:
— Это сироты! Они прибиваются ко мне со всей округи после того, как вы, благородные странствующие рыцари, разоряете их деревни и пожираете родителей! Добрый лорд, я трачу на них всю свою скудную пенсию, недосыпаю ночей, недоедаю куска… Пожалуйста, отпустите детей!
— Сэр рыцарь, — шепнула пауку одна из девочек, — он нас трогает! И там, где нельзя… За все места!
— Ты трогаешь детей, низкорожденный? — изумился паук.
— Как твое недостойное имя?
— Арторикс, — опешил людоед.
— Ар-то-рикс! — со значением возгласил рыцарь. — Видишь, даже твое недостойное имя указывает на то, что ты педофил! Прочь, извращенец! Я отказываюсь дышать с тобой одним воздухом.
— Сэр рыцарь! — заорал байкер. — Кого там я трогаю?! Дети начитались газеты «Мегаполис-Экспресс»!
— Ты еще здесь? — холодно осведомился паук. — Ты все еще потребляешь мой кислород?
— Дети, — жалобно забормотал людоед, — он же сожрет вас всех! Идемте домой, я куплю вам в ночном супермаркете мороженого и разрешу до утра играть в «Дум»… Нельзя так, сэр рыцарь! Это же дети!.
.
— Убирайся, растлитель малолетних! — рявкнул рыцарь, привставая и вытягивая из ножен меч.
Зарыдав от бессилия, презренный людоед бросился в заросли.
Паук в задумчивости почесал себе волосатое брюшко.
— Ну, и что мне теперь с вами делать? — поинтересовался он у малышни. — Ладно, берите картошку.
