— И не сказала мне! Просто отправила туда, чтобы отец меня отчитал при… при нем!
Аня усмехается.
— Лучше злость, лапочка, чем распускать нюни. Но нет, я узнала часа три назад. Все произошло спонтанно, и пока кроме общих решений я ничего не знаю.
— Ты могла бы меня предупредить!
— А ты могла бы не рваться в клуб, — парирует она. Отпускает меня и, поднявшись с постели, отходит к окну.
Мне тут же становится холодно. Все-таки Аня — мой единенный родной человек, кроме отца."
"— Я виновата и согласна с этим, но, может, как-нибудь эту ситуацию можно развернуть по-другому? Если шантажа не будет, то можно так же по-тихому нас развести? — встаю с постели и подхожу к тете.
Знаю, что она умеет договариваться с моим отцом. Как — для меня загадка.
— Ива, ты не услышишь от меня что-то новое, — качает она головой. — Отец уже все решил. Ты выйдешь замуж.
Звучит как приговор, и, наверное, так и есть. Я мечтала, что влюблюсь и выйду замуж за любимого, надеялась, что у меня будет такая же красивая история любви, как у моих родителей.
— Подумай, может быть, ты хочешь что-то особенное на церемонию? Например, оформление банкетного зала или еще что-то, — говорит между тем тетя, фактически отнимая у меня последнюю надежду.
— Я вообще не хочу ничего, — бурчу в ответ.
С ее лица пропадает улыбка, и теперь она становится строгой и крайне серьезной.
— Лапочка, ты знаешь, что я всегда на твоей стороне и всегда поддерживаю. Но в этот раз тебе не будет поблажек. Если ты решишь что-то выкинуть, отец не даст спуску.
И я не смогу его успокоить.
— Все так серьезно?
— Более чем. Поэтому прошу тебя — подумай как следует, прежде чем пытаться избежать свадьбы. Поверь, твой муж — достойный мужчина. То, что вы незнакомы — не проблема.
— Я мечтала не об этом, — вздыхаю, прижимаясь к ней и ища поддержки.
— Понимаю, милая. Но жизнь не всегда складывается так, как нам хочется, увы. Ты уже взрослая девочка и должна уметь принимать сложные решения.
Какое-то время мы так и стоим обнявшись.
В окно я вижу, как из дома выходит мой будущий муж. Отец провожает его до машины. Несмотря на то, что на улице зима и довольно холодно, Ян в одном свитере — как был в кабинете папы, так и вышел на улицу. Невольно сравниваю мужчин и понимаю, что не показалось мне тогда в кабинете — Ян и правда выше и крупнее. В голове мелькает мысль, что неделю назад эти руки прикасались ко мне, его губы целовали меня.
Отец с Серебряковым о чем-то говорят, жмут друг другу руки.
