— Ты вообще ее под мухой трахнул!
— Кто тебе сказал? — холодно возражаю. — Я ее не тронул именно потому, что видел расклад, Дима. Хотя мог бы.
— На тех фото кровь!
— И? Включи мозг, если он вообще остался. Я, по-твоему, кто? Насильник? Хотел бы, выебал бы ее в любой подворотне, куда затащил бы, не заморачиваясь насчет отеля.
Он хлопает глазами, в которых очень медленно набирает обороты понимание.
— Подожди, ты что…. Ты знал?
— Странно, что ты не знал, — жестко рублю в ответ. — Она — твоя дочь! И где твоя ебучая родительская любовь? Там, где ты жахаешь тетку за спиной жены, а в итоге платит по счетам твой же ребенок?
Генерал бледнеет, хватается за грудь, и прибор справа издает противный писк.
— Давайте-ка для начала все успокоимся, — вмешивается Воронцов. — Ситуация уже сложилась. Надо думать, что делать, и кто на какой стороне будет.
— Это Ива тебе рассказала? — хрипит Савицкий. — Что она говорила? Как она?
— А сам как думаешь?
Во мне нет ни грамма сочувствия к этому мудаку. Я понимаю — в жизни всякое бывает.
Но если ты уж понял, что твоя жена — мимо, что тебя корежит от другой бабы, ну будь мужиком — скажи как есть.
Но трахаться за спиной старшей сестры с младшей… Даже мне, циничному мудаку, который не особо верит во все светлое и доброе, это кажется слишком.
— Ян, что с Ивой?
— Поздно ты спохватился. Она со мной. И теперь я буду решать, как и что с ней будет.
— Она моя дочь! — вдруг ревет он.
— Она — моя жена, — весомо роняю. И понимаю, что впервые принимаю для Ивы именно такой статус.
Плевать, что там по бумажкам — тут у меня есть соображения некоторые, как все обставить и сделать, чтобы минимизировать причину для слез любимой женщины.
Моя жена — Ива. Та, что живет в моем сердце, моих мыслях. Та, с которой я хочу не только засыпать, но и просыпаться.
Всегда.
— Личные отношения можно выяснить и после, — замечает Воронцов. — Вопрос с данными, которые твои спецы успели стащить, стоит остро.
Мы с Савицким так и сверлим друг друга взглядами. И я вот не уверен, что сейчас он вообще вдупляет, что говорит его товарищ.
Неужели все-таки важна ему Ива?
— Готов получить ответку? — хрипит он. — Я же не посмотрю, Ян. Я ударю в ответ.
— Если бы такой вариант был возможен, меня бы здесь не было, — усмехаюсь ему в лицо. — Дим, ты зарвался. И то, что вокруг тебя сейчас — только твоя вина. Политика — дело грязное. Ты когда туда только смотрел, я тебе сразу сказал — готовься испачкаться. Если откажется сотрудничать, получишь по полной.
