На смуглой коже хорошо угадывались контуры кошки. Она разлеглась на руке парня как на своей территории. Не говоря ни слова, я продемонстрировала любимому свой появившийся знак.
— Посмотри теперь сюда, — предложила я.
Пытливый взгляд Мура внимательно прошелся по моему запястью. После мимолетного осмотра Николас остался доволен. Заулыбался.
— Эви, я точно знаю, дело в нашей крови. И гром был неслучаен. Помнишь, что произошло на берегу?
Помнила ли я те слова, что сказала там? Конечно, провалами памяти я не страдала.
— Это значит, что твое желание сбылось? — пошутила я, не зная, то ли ускользать из крепких рук, то ли остаться. Мне было уютно, надежно и вместе с тем стыдно. Не привыкла я вот так разгуливать перед парнями."
"— А разве ты не хотела этого? — поинтересовался Мур, для которого этот вопрос по-настоящему был важен. В его глазах затаилось ожидание ответа.
— Хотела. Но ты меня подловил. — На последних словах я позволила себе улыбку.
Муж потянулся ко мне с поцелуем, и я не стала отталкивать любимого.
Закинула руки ему на шею и притянула к себе. Как бы ни смущала ситуация, но нас друг к другу тянуло давно, с первых дней. Ощущение неловкости все еще присутствовало, но скрученная в груди пружина начала ослабевать. Пантера пришел не из-за того, что привык брать то, что хочется. Как сказала императрица, другую Ник уже не полюбит. Это знание очень, очень грело мое сердце, находя в нем отклик.
Спустя какое-то время Мур нехотя отстранился и с самым довольным видом, вполне заботливо, обернул меня полотенцем.
Открыл портал, после чего мы вместе переместились к нему в комнату. Она просторнее моей, да и кровать шире. Поняв, что назад пути нет, я испугалась. Только Пантера не дал мне отстраниться. Он сделал все, чтобы я не пожалела о нашей близости и свершившемся браке.
Уснули глубоко за полночь, немного уставшие, но счастливые. Котик был категорически против моего возвращения к себе. Заявил, что он человек женатый и будет странно, если его любимая супруга сбежит от него в первую брачную ночь.
Это грозит комплексом неполноценности и пожизненным стыдом на его голову. Я рассмеялась, потому что даже при всей своей неопытности понимала, что в постели Ник был просто великолепен. А сейчас веселился, не желая отпускать меня от себя. Надо заметить, что в последующие ночи об этом я уже и сама не заговаривала.
p.s. Спустя пять лет. Миледи Эвелина Мур
Я закрыла последнюю страницу дневника и улыбнулась.
