Глобальные же воздействия, увы, неприменимы. Тупик. Атавизм. Только на ноги солдата и надежда. Можно сколько угодно утюжить лес с воздуха, когда верхушки деревьев скребут днище разведбота, и все равно не обнаружить затаившегося противника — птичку азанни или хомо. На захваченных планетах, как правило, уркают с присвистом на всяческих беглецов — пусть себе дичают. Постепенно перемрут от болезней, и вся недолга. Тут же задача как раз обратная: непременно выловить из безбрежного моря зелени дюжину-другую аборигенов.
Пожалуй что нескольким сотням десантников тут работы хватит надолго.
Еще Умбасар задумался: а давно ли у шатов возникала подобная необходимость? Да и вообще, возникала ли она во время последних войн?
Вряд ли.
А значит — есть шанс стать героями, сделать то, чего никто давным-давно не делал и вряд ли сделает в обозримом будущем.
Десантники углублялись в лес, вспугивая зверье и с трудом преодолевая особенно заросшие места. Кто-то из дюжины Уыдза едва не завяз в болотце. На одного из спецов напал местный хищник.
Веселенькая планетка… Ни единого города, только крохотные поселения, которые скорее являются рабочими станциями. Ой веселенькая…
Десант продвинулся килоун примерно на двадцать, прежде чем в лесу окончательно стемнело. Умбасар еще на позапрошлом уне скомандовал своим надеть ноктовизоры и надел сам, Откровенно говоря, в ноктовизоре лес выглядел еще более чужим и враждебным. Резко контрастное да вдобавок и монохромное-изображение сбивало с толку и заставляло часто ошибаться.
Предки шатов ненавидели темноту. Это было время их естественных врагов — сугарозов, либисов. Хищников быстрых и беспощадных. Только при свете дня шаты могли надеяться на единственное, в чем превосходили хищников.
На разум.
Ведь во тьме разум бессилен против рефлексов и силы, как бессилен слепой против зрячего."
"Движение десанта замедлилось до предела. «Ничего, — подумал Умбасар. — Перед рассветом, думаю, ротный объявит привал. Подкрепимся, передохнем. А как рассветет…»
Шат Умбасар считался одним из самых бывалых и опытных дюжинных.
Собственно, так оно и было на самом деле.
Экзотик-тур
Пронг-32 (Табаска), доминанта ЗемлиГруппа подходила к оврагу с юга, со стороны левого склона. Оставалось метров сто, когда совсем рядом из зарослей неслышно возникли трое. В одном Скотч опознал Семенова, во втором — искателя Веселова. Третий при ближайшем рассмотрении оказался слегка раскосым мужиком примерно пятидесяти локальных лет.
