Одежду гидроскопов составляли короткие штаны, связанные из зеленых водорослей и ленточек, нарезанных из разноцветных пластиковых мешков.
– Вот наш начальник, – громко произнес сержант, указывая на подошедшего полковника. Трое стоявших у кромки гидро аборигенов разом повернулись к Эйкеру.
– Здравствуйте, мы прибыли, чтобы узнать, при каких условиях вы поймали шпионов! – громко произнес тот, однако гидроскопы только переглянулись и похлопали веками.
– Ка-ак быстро он де тру-ту разговариват начальник? Это триди-фо? – спросил один из аборигенов.
– Э-э, извините меня, это был формат четыре, я забыл, что вы говорите на первом, – поправился полковник и, виновато улыбнувшись, поднял забрало из бронестекла.
– А-а, – протянул гидроскоп и тоже улыбнулся, продемонстрировав ряд мелких острых зубов. – Я мато тиду понял и тебя, да. Они два три на углу.
– На углу?
– Не. На лугу бе-тата. Был два слишком бежать. Мы тру-ту взяли враз. Ней уйти бататам.
Полковник осторожно перевел дух.
Нельзя было сказать, что он вообще ничего не понимал, но это был далеко не первый формат, а что-то иное. При том, что гидроскоп редко произносил знакомые полковнику слова, он еще дергался, почесывался и шлепал по мокрой земле ногами-ластами, отчего вокруг разлетались капли загрязненного грунтом гидро.
– Значит, они бежали, вы их увидели и решили, что это шпионы канкуртов? – уточнил Эйкер, стараясь четко произносить слова на первом формате, от которого уже отвык.
Первый формат предназначался для общения неформатированных существ между собой, а также с существами высокого формата.
Язык же четвертого формата применяли между собой отформатированные существа. Этот язык был значительно более информативным и менее энергозатратным.
– Кале бамбу этта самое. Правда, да, – согласился гидроскоп, который являлся то ли вождем здешнего племени, то ли деревенским бригадиром по заготовкам. Неподалеку стояла большая плетенная из веток корзина, наполненная какими-то копошащимися тварями.
Полковник старался не смотреть в их сторону, подозревая, что там находится нечто ужасное. Ничего другого из гидроозера выловить было нельзя – сплошной яд. Но, видимо, гидроскопам эта еда нравилась, они всегда селились неподалеку от гидроозер и гидроканалов, а вот битумные озера их совсем не привлекали. Почему – это для полковника Эйкера оставалось загадкой.
– Что заставило вас думать, что это шпионы? – спросил он.
