– Что сообщают?
Несмотря на решимость сражаться до конца, он все еще лелеял надежду, что их все же эвакуируют на большом и надежном корабле.
– Нет, это не сообщение…
Сержант крепче прижал к голове массивные наушники.
– Это перехват…
– Ну и что там? – настаивал лейтенант, чувствуя, как вибрирует грунт от выходящих на поверхность «баубуров».
– Плохие новости, командир, – хрипло произнес сержант и мазнул по взмокшему лицу грязной перчаткой. – Канкурты вызвали орбитальные бомбардировщики. Две штуки. Будут бить тяжелыми зарядами.
– Насколько тяжелыми?
– Сказали, четыре единицы. Учитывая грузоподъемность орбитального бомбера, это «эрэсы». Либо четырехсотые, либо даже девятьсот двадцатые.
– Да не может такого быть! – воскликнул лейтенант. – Куда тут девятьсот двадцатые бросать, ведь форт совсем рядом?
Тем временем кирасиры и «баубуры» продолжали подниматься на поверхность и рассредоточиваться по округе. Им были незнакомы сомнения и переживания. Определяющим для них являлись ресурс механизмов и заряд батареи.
– Значит, форт надеются сохранить, сэр."
"– Вот что, Ваккумер, давай поработай штурманом, посчитай примерное время удара. Это для нас сейчас очень важно.
– Да уж понимаю, сэр. Возьму за исходное время отклика бомберов на запрос.
– Давай, займись. А я пока пройдусь, посмотрю, все ли наши вышли.
Лейтенант включил ослабленный сигнал переклички и двинулся на показания пеленгатора, на ходу проверяя наличие своих бойцов.
Золотистая сороконожка полуметровой длины соскользнула с папоротника и щелкнула жвалами рядом с рукой Триша, однако он ее даже не заметил.
Его отряду грозила куда более грозная опасность – полное уничтожение. Канкуртам надоели беспокойные дифты, и они решились на крайние меры. После удара здесь должен остаться только большой кратер, и даже если кого-то не вырвет из земли взрывной волной, смещения слоев грунта размажут беднягу, не вынося на поверхность.
– Так… Так… Так… Ты – есть, ты – тоже в наличии… Ага, Поцарапанный, ты тоже в строю. Это радует. А кто это там? Лиловый?.
. Тоже в порядке… Сколько на всех боеприпасов?
Лейтенант взглянул на экран своего мини-терминала, куда стекалась информация о состоянии отряда. На всех получалось тридцать две мины. Больше ничего нет. Крупнокалиберные пулеметы кирасиров – это уже последний аргумент. Стены форта ими не сокрушить, годятся лишь для ближнего боя. Но кто пойдет с ними драться? Кому это нужно, когда имеются «эрэсы девятьсот двадцать»?
Два кирасира на сигнал переклички не отзывались.
