Если Женька уже на днях найдет нам квартиру, то, вполне возможно, это наша последняя поездка с Димой. Хочу запомнить ее. Насладиться близостью, пусть и символической.
Сворачиваем с асфальтированной дороги и плетемся через переулки. Похоже, Зимин старается срезать путь, но у небес другие планы. Ливень обрушивается на нас в одном из дворов старых кирпичных домов. Одежда становится мокрой за несколько секунд, тонкая ткань блузки и брюк облепляет тело, а стук падающих капель раздается со всех сторон. Скорость байка снижается, и вскоре мы останавливаемся под козырьком деревянной беседки.
– Не успели, – говорит Зимин, обернувшись. – Сейчас вызову такси.
– Нет! – кричу я и стягиваю шлем. – Не надо. Дождемся, когда ливень стихнет, и поедем вместе.
Над кронами низких деревьев светит одинокий фонарь, озаряя двор бликующим в каплях сиянием. Мелкие брызги попадают мне на лицо и волосы, но это не тревожит, а вот мысли о том, что придется оставить Диму здесь или, того хуже, он поедет в такую погоду домой в одиночку, – даже очень.
Его темные ресницы слиплись, взгляд кажется тяжелее. С кончика носа и подбородка стекает дождевая вода, кожа блестит от влаги.
– Я обещал Саше…
– …что мы будем осторожны. Дождь идет, мы стоим. Все безопасно.
– Ты можешь простудиться.
– Брось! Этот дождь теплее воды, в которой я обычно принимаю душ.
– Но Саша ждет.
– Подождет! – перебиваю я сурово, Дима отворачивается и тяжело вздыхает.
– Спустись с байка, пожалуйста.
Выполняю просьбу Димы, позволяя слезть и ему, а после вновь забираюсь на мотоцикл, свесив ноги на одну сторону.
– Так ты промокнешь еще сильнее. – Зимин неодобрительно качает головой, а я безразлично пожимаю плечами, давая понять, что никуда не собираюсь.
По шее и спине стекают теплые капли, вызывая легкую щекотку. Оглядываюсь по сторонам – ни души. Лишь окна горят за пеленой дождя и тени покачиваются в ветвях деревьев. Мы словно и не в Ростове вовсе, а где-то в вымышленном городе, даже в картинке. Замерший кадр, лишенный начала и конца.
Кусочек истории, смысл которой понять могу лишь я одна.
– Ксю, – окликает Дима, заставляя переключить внимание на него. – То, что ты сказала Саше. Не стоило так.
– Это ему не стоило так говорить! – Моим словам вторит ослепляющая вспышка молнии, а за ней и раскат грома.
Дима хмурится, задумавшись. Проводит ладонью по мокрым волосам и делает шаг вперед.
– Ты заступилась… за меня? – иронично спрашивает он.
– Да, и за тебя тоже.
