Увидимся, Ксю!
– Да, до встречи!
Завершаю звонок, убираю телефон в сумочку и достаю спрятанную пачку сигарет. Выкуриваю одну и возвращаюсь в банкетный зал с желанием поскорее добраться до стола и закинуть что-нибудь в рот, чтобы перебить запах табака. Большинство гостей отрываются на танцполе, и я ускоряю шаг.
– Ксюша! – зовет мама, поднимаясь из-за соседнего стола.
Сердце падает на дно живота. Только семейных разборок о вредных привычках нам сегодня не хватало. Уже тянусь за ближайшей закуской, чтобы хоть как-то предотвратить бедствие, но тут мою ладонь обхватывают прохладные пальцы.
– Я украду ее ненадолго, теть Вик! – кричит Зимин, поднимая свободной рукой мой бокал с шампанским. – Можно?!
– Тебе-то?! Конечно! – отмахивается мама и возвращается на место.
Дима утягивает меня за собой к кенди-бару. Получаю бокал и тут же делаю несколько глотков.
– Спасибо, – выдыхаю я, – ты меня выручил."
"– Как всегда, – тепло отзывается Дима. – Но лучше в следующий раз возвращайся с перекура через уборные.
– Откуда ты знаешь, где я была?
– Просто знаю.
Он подносит песочную корзинку со сливочным кремом и джемом к моим губам. Хватаю ее ртом и запиваю оставшимся шампанским. Дима берет салфетку, вытирает крошки с моих губ и снисходительно качает головой. Еще пару недель назад я, наверное, расстроилась бы или даже рассердилась, потому что он опять обращается со мной как с ребенком, но сейчас… Он ведет себя так, как Дима Зимин может вести себя только с Ксюшей Моревой: все подмечает, чувствует, точно знает, что мне нужно.
Защищает – как всегда.
– Хочешь потанцевать? Заодно проветришься немного, – предлагает он.
– Хочу, – с радостью соглашаюсь я.
Находим свободное местечко рядом с друзьями молодых, машем Саше и Насте. Дима заставляет меня кружиться и скакать под заводной ритм. Через парочку быстрых музыкальных композиций звучит спокойная мелодия, и я впечатываюсь в крепкую грудь от легкого рывка. Обнимаю Зимина за шею, не оставляя между нами даже щели для воздуха или света. Делаем несколько медленных поворотов.
На танцполе только пары, и самая главная, разумеется, в центре.
– Приятно на них смотреть, да? – спрашивает Зимин, наклонившись к моему уху.
– Да.
– Вот бы ты и про меня могла так сказать.
– На тебя мне тоже приятно смотреть, только… немного больно.
– Ксю, как мне это исправить?
– Женись на мне!
Зимин опускает голову, и я широко ему улыбаюсь. Эта фальшивая улыбка позаимствована у него, за сегодняшний день получилось хорошенько ее изучить.
