Её колени напротив сжимают мои бёдра, горячее дыхание касается губ.
— Думаешь, причина в этом? А не в том, что я тебя хочу?
Её пальцы гладят меня по затылку, забираются под воротник рубашки. Зажмурившись, я перехватываю её запястья.
— Перестань. Это не ты.
— Ты всегда такой правильный, — её голос становится чуть ниже. — Иногда нужно себя отпускать.
Высвободившись, она обхватывает мои ладони и опускает их себе на бёдра. Во рту пересыхает, а без того напряжённый пах начинает болезненно ломить.
— Ты меня хочешь, — удовлетворённо улыбается она. — У тебя такой твёрдый член.
Я заворожённо смотрю на её губы. Лия подаётся вперёд, её ресницы дрожат. Ладони сами собой сжимаются на её бёдрах… Горячие, упругие. Голова плывёт. Она плотнее вжимается в меня, вызывая сильнейший прилив возбуждения.
— Давай сделаем это… — её язык касается моих губ. — Я с ума сойду, если ты меня не трахнешь.
Если бы я не был уверен, что она под наркотой, я бы это сделал. Не думая, стянул бы с неё это платье и трахнул прямо здесь, под окнами.
Настолько сильно я её хочу.
Но принципы на то и существуют, чтобы их держаться. Особенно когда уже нарушил один из основных."
"— Вернись на место, — решительно приподняв её бёдра, я возвращаю Лию в пассажирское кресло. — Я никогда не воспользуюсь тобой, когда ты не можешь сказать “нет”.
Не дожидаясь, пока она мне ответит, резко бью по газам. Чем раньше мы доберёмся до дома, тем лучше.
24
Лия
Просыпаюсь я от ощущения, будто мне прострелили голову.
Виски гудят, во рту пересохло, тело ватное, не мое.
Первые минуты даже не пытаюсь открыть глаза. Просто лежу, в надежде, что если не буду шевелиться, то мир вокруг меня снова обретёт устойчивость и перестанет рассыпаться на пиксели.
По мере того, как реальность становится более осязаемой, я осознаю: что-то не так. Во-первых — это не моя кровать. Слишком мягкий матрас, и подушка слишком высокая, и слишком уж она пахнет…мужчиной. Во-вторых — это я понимаю после того, как ощупываю себя: из одежды на мне только, парадно-выходные трусы с кружевами и стразами.
Никакой пижамы, в которой я обычно сплю, никакого бюстгальтера.
Захлебнувшись паникой, я распахиваю глаза и резко сажусь.
Такой маневр обходится мне дорого: желудок подскакивает к горлу, по телу разливается жар, от ушей до кончиков пальцев.
Оглядевшись, я в отчаянии накрываю лицо руками. Черт-черт, я не ошиблась. Это не моя комната.
