Лия достаточно пострадала… Отчасти по вине вашей невесты. Она пытается обжиться на новом месте. Это непросто, но она очень старается. Не нужно ей мешать.
— Я прошу вас…
— Не обижайтесь, но я больше не буду отвечать на ваши звонки, — перебивает она. — Я очень благодарна за всё, что ваша семья для нас сделала, но дальше мы будем справляться сами. Если вы хоть немного цените и уважаете Лию, то примите это и оставьте её в покое.
— Я не могу оставить в покое, потому что люблю…
Эти слова слышны только мне, потому что в динамике уже равнодушно пружинят гудки.
Отшвырнув телефон, я исступлённо зажимаю глаза ладонью. Да твою же мать!
Происходящее похоже на дебильный фильм, где злая мачеха всячески препятствует счастью падчерицы, но с одной лишь поправкой на то, что Лия для Инги — родная дочь. Знаю, в чужую семью не стоит ни лезть, ни осуждать, но разве сейчас такое возможно?
Я, блядь, не просто осуждаю Ингу — я хочу от души её встряхнуть. Догадывается ли она, на какие жертвы ради неё идёт Лия? Понимает ли она, что лишает дочь выбора и надежды на лучшее будущее? Сдаётся мне, что нет, иначе бы она дала мне шанс объясниться.
"
"Телефон, застрявший в дыре подстаканника, натужно вибрирует. Я, не глядя, мажу пальцем по экрану и слышу ироничный голос Макса:
— И чем занимается в эту пятницу сын будущего мэра? Выпить не хочешь?
Я трогаю реле стеклоочистителя, стирая мутную завесу с лобового. В последнее время мы с ним редко видимся: тусовки в клубах и барах, где Макс завсегдатай, мне не слишком интересны.
Но сейчас понимаю: его компания — именно то, что нужно, чтобы ненадолго отключить голову.
— Говори, где и во сколько, — произношу я, опуская ногу на педаль газа.
— Богатые тоже плачут? — хмыкает Максим, глядя на меня поверх бутылки нефильтрованного.
— А ты разве из тех, кто считает, что счастье в деньгах? — мрачно изрекаю я.
— Считал бы так — сидел бы смирно в ногах уважаемого Вилена Константиновича и гавкал по его команде, — ехидничает он. — Ладно, говори, что случилось.
А то уже полчаса сидим молча, как два долбоёба.
— Ты так умело выводишь на разговор, что удержаться сложно.
— Короче, пока ты ломаешься, я сам скажу. Дело в дочери Инги, — с усмешкой выдаёт Максим и в ответ на мой удивлённый взгляд поясняет: — Ещё на дне рождении Каролины было понятно, что ты залип. То, что я не появляюсь дома, не означает, что я не в курсе. А ещё ты кинул Эльвиру — респект тебе за это, кстати. Породниться с мудилой Дениской — такое себе.
