С террасы тянет запахом жжёной травы, означающим, что Пётр действительно находится там. Приверженность человечества к сигарам я никогда не понимал. Даже запах обычных сигарет куда приятнее, чем эта прогорклая вонь.
— Привет, — мой голос звучит натянуто и резко. — Где Лия?
Пётр, сидящий в кресле-качалке, поднимает затуманенный взгляд на меня. Я чувствую всплеск раздражения: если он пришёл сюда с Лией, то какого чёрта торчит здесь один и почему так напился?
— Не знаю, — он пожимает плечами и подносит сигару ко рту.
— Где-нибудь. Танцует.
— Вы приехали сюда вместе, — резко напоминаю я, борясь с потребностью тряхнуть его за грудки. — Что значит «где-нибудь»?
— Она меня кинула. Пока я ломал голову, как семья отнесётся к тому, что я встречаюсь с дочерью вашей домработницы, она просто кинула меня. Причина, знаешь какая? — горько усмехнувшись, он делает затяжку. — Ей не понравился наш поцелуй. Что-то не то, понимаешь?"
"Я смотрю на рваные клубы дыма, тянущиеся к потолку, и осмысливаю услышанное. Они только поцеловались, после чего Лия сказала ему, что ничего не выйдет.
Хорошая ли это новость? Если убрать моё личное сочувствие Петру, то да, новость прекрасная. Но даже она не выключает бешеной долбёжки в висках и звенящего натяжения в нервах.
— Если ты привёл её сюда, то несёшь ответственность, — сухо напоминаю я. — Здесь ведь толпы пьяных.
— Все знают, что Лия прекрасно умеет за себя постоять, — в голосе Петра слышна обида напополам с раздражением. — Вон она как своей статьёй Дэна размазала.
Ему теперь даже выпить не с кем.
При упоминании имени Морозова переполняющее меня напряжение резко взмывает к вискам. Я знаю, что его не должно здесь быть, но всё же решаю переспросить:
— А при чём здесь Морозов?
— Так он тут, — пьяно усмехнувшись, Пётр опускает сигару в пепельницу и нащупывает стакан виски на столике. — Пришёл с пакетом Cartier и извинениями. Такой няшка.
Мозг лихорадочно мечется, сопоставляя факты. Морозов пришёл на мероприятие, на которое его не пригласили, извинился, но традиционного внимания всё равно не получил.
Виной тому, как он считает, статья Лии. Лии, которая сейчас где-то одна.
— Ты придурок, — вырывается из меня гневным рявканьем. — Этот мудак же захочет ей отомстить!
Пётр вяло оправдывается, но я уже не слышу. Вылетаю в гремящий басами зал и, расталкивая каждого, ищу глазами Лию… или Морозова… на худой конец — именинника.
— О, Леон! — Тимур перекидывает руку со стаканом через плечо, обливая меня ледяным виски.
