Повертевшись пару минут с боку на бок, я горько пожалела о том, что мою постель теперь украшает замечательно ровный матрас, настоящий праздник для позвоночника. Конечно, спине от него только польза, но заснуть на нем бывает просто невозможно.
Вот на старой продавленной софе, где я, будучи малооплачиваемой преподавательницей, долгие годы спала, имелась очень уютная выемка. Если ко мне начинала подбираться бессонница, я забивалась в ямку и мгновенно отбывала в страну Морфея. Теперь же, став богатой дамой, я начисто лишена такой возможности и сейчас переползаю из угла в угол двухметрового «аэродрома», надеясь обнаружить на нем нечто похожее на ту замечательную впадину.
И тут в спальню ворвалась Маня и зашмыгала носом.
— Муся! Это полная катастрофа!
Я испугалась, быстро села и спросила:
— Что на этот раз?"
"Маруська обладает редким даром влипать во всякие неприятности. Когда мы несколько лет тому назад поехали в Тунис, Манюня, выбежав в первый раз к бассейну, поскользнулась и сильно рассекла ногу, шрам виден у нее на ступне до сих пор.
В Италии она отравилась морепродуктами, на Кипре ухитрилась подцепить непонятную инфекцию, мучившую ее весь отдых и загадочно исчезнувшую в Москве. В Лондоне девочка опрокинула на себя чашку с очень горячим какао, от сильного ожога Машку спасли джинсы. Но, поняв, что с ней случилась очередная незадача, Маня никогда не расстраивается, относится к казусам философски. Но сейчас она плачет, нос распух, глаза красные.
— Что случилось? — принялась я расспрашивать девочку.
— Не знаю, — простонала Маруська, — мне плохо!
Кашель напал, насморк, чихаю все время.
— Ты заболела!
— Нет, только не это!
— Не стоит расстраиваться, — улыбнулась я, — посидишь три дня дома и выздоровеешь.
— Муся, — заломила руки Маня, — ты забыла, да?
У Сашки Хейфец завтра день рождения! Я же не могу не пойти!
С этими словами Машка принялась отчаянно чихать, кашлять и тереть слезящиеся глаза. Я тяжело вздохнула.
У Маши одна самая лучшая подруга — Саша Хейфец и один лучший друг — Кирилл Когтев. Познакомились они в детском саду и с тех пор не расстаются.
День рождения Сашки для Мани важнее собственного, поэтому приготовления к празднику шли давно, и вот теперь такая незадача!
— Пойдем, уложу тебя в кровать, — велела я.
Мы перебрались в Манюнину спальню. вить, а теперь все, да? Скажи, я к завтрашнему утру поправлюсь, а?
— Маловероятно, — осторожно ответила я.
