Мне кажется, или Агата и впрямь осуждает меня за любовь к криминальным романам?
Однако вот уже и грызуны начали делать мне замечания.
— Давайте договоримся, — задергала носом Агата, — вы принесете конфеты, а я в благодарность буду иногда с вами болтать. Кстати, вы же любите расследования! Могу служить помощником, подсмотреть, подслушать, ну как, идет? По лапам? То есть по рукам?
Не в силах произнести ни слова, я кивнула.
— Тогда иди за сладким, — бесцеремонно «тыкнула» Агата, — ищи меня либо здесь, либо по спальням.
Осторожно передвигая ноги, я выпала в коридор и наскочила на Маруську, стоявшую около двери.
— Скажи, — я решила уточнить, — говорящие мыши в природе случаются?
Манюня широко распахнула голубые глаза.
— А как же! Довольно часто. Они имеют либо розовый, либо зеленый цвет шерсти и живут исключительно у алкоголиков.
Я замерла с раскрытым ртом.
— Хочешь сказать, что на грызунов влияют водочные пары? Нанюхаются и обучаются разговору?
— Не, — прыснула Маня, — такие мыши приходят в дом под ручку с зелеными чертями.
Большинство пьяниц их великолепно знает!
— Я всерьез!
— И я тоже, — захохотала Машка, — пей две бутылки водки каждый день в течение месяца, и если не умрешь, научишься беседовать с мышами, чертями, котами, стульями и кастрюлями.
— У меня на раковине в ванной сидит мышь в розовом полотенце. Она умеет говорить по-русски.
Маня зашлась от хохота, ее просто согнуло пополам, а я побежала за карамельками. Сейчас принесу Агате несколько штук, может, тогда она согласится продемонстрировать свои таланты Машке?
Но когда я вернулась, в ванной оказалось пусто.
В раковине отсутствовала вода, Агата исчезла вместе с куском розовой махровой ткани, и лишь бутылочки с собачьим шампунем и кондиционером, оставшиеся у зеркала, свидетельствовали о том, что меня не посетил глюк."
"Зажав в кулаке карамельку, я постучала к полковнику.
— Можно?
— Погоди секундочку, — крикнул Дегтярев, — халат накину! Теперь входи.
Я вошла и усмехнулась. Александр Михайлович сидит в пижаме, шлафрок [5] ему ни к чему.
Толстяк просто решил спрятать от меня тарелку с орешками, бросил на нее газету, но полностью не прикрыл, из-под бумажного края предательски выглядывает фарфоровый ободок, да и пахнет в комнате жареным арахисом.
— Что случилось? — недовольно поинтересовался Дегтярев. — Только не начинай каких-нибудь занудных разговоров, я устал!
Нет, вы слышали? Все занудные разговоры в нашем доме всегда заводит сам полковник! Но я не стану сейчас возмущаться.
