Но делать нечего, надо соглашаться. А там посмотрим. Авось кривая вывезет, неожиданно вспомнил генерал русскую поговорку. Он поднял глаза. Турок напряженно и хмуро смотрел на него.
– Я согласен, – медленно произнес Абу-Салим – Но при одном условии – при тщательной отработке деталей и при соблюдении максимальной секретности.
– Не волнуйтесь, – хищно усмехнулся турецкий министр. – За этим дело не станет. Я лично прослежу за этим.
* * *Человек в маскировочном костюме, прислонившийся к стволу большого дуба, поморщился и поправил зеленую повязку на голове.
Становилось жарко. Солнечные лучи, падавшие почти отвесно, основательно нагрели горный лес. Теплые массы воздуха, пропитанные запахом разнотравья и хвои, неподвижно стояли в узких лощинах. Лес был наполнен щебетаньем птиц. Оглушающе трещали цикады на полянках. Комары плотной массой вились под густым сплетением веток.
Человек сплюнул, шевельнул плечами, поправляя ремень автомата, и поднял к глазам бинокль. Он стоял на вершине хребта, подходившего вплотную к побережью.
Неподалеку от него, правее и выше, хребет обрывался в пропасть. На краю пропасти уже ничего не росло, кроме нескольких искривленных кустов, чудом уцепившихся корнями за выступавшую скальную породу. Кусты дрожали под напором свежего морского ветра, но до человека, стоявшего внизу в лесу, в полусотне метров от обрыва, не долетало ни малейшего дуновения."
"Прямо перед собой наблюдатель увидел уходящий вниз зеленый ковер деревьев. Крутизна склона – градусов сорок, не больше, автоматически отметил человек.
Склон упирается в речку, которая течет в лощине между лесистыми хребтами. Вот она, серебрится на солнце. Вдоль реки расположились ровные продолговатые квадраты начавшей желтеть пшеницы. Немного дальше – темная плотная зелень оливковых садов. Где-то там, скрытая от прямого взгляда неровностями на склоне, находится деревня, но деревня человека не интересовала.
Он услышал тихий рокот, переходивший в громовой гул. Человек быстро вскинул бинокль, шаря окулярами над изломанной линией вершины противоположного громадного холма.
Ему повезло. Он успел захватить в окуляры стремительную серебристую точку, резко и быстро поднимавшуюся в небо. Громовой нараставший гул закончился сильным, закладывающим уши хлопком, и самолет исчез в голубом мареве, скрывшись за хребтом, на котором стоял наблюдатель.
Человек недовольно покачал головой, опустил бинокль и взглянул на часы. Неточно вышли, подумал он.
