Той самой, которая не раз уже захлестывала и уносила в океан безумия, показывая жуткие видения. Попробовал сопротивляться, но не сумел – выпуклый круг на табличке ожил, как когда-то оживал и вертелся вокруг собственной оси огров шиш. Круг стал диском, а потом шаром, вращаясь всё быстрее. Необычно изогнутые дуги, висящие в пустоте, завертелись в обратную сторону. Помещение библиотеки исчезло, а вместо него перед глазами начали появляться величественные картины прошлого. Словно все книги-таблички заговорили разом, пытаясь рассказать свою историю.
Тысяча театров начала представление одновременно и каждый из них старался заинтересовать, показать что-то важное. Поток информации был настолько плотным, что разобраться в нём не представлялось возможным. Удавалось выхватить лишь отдельные сцены из безумного хаоса множества спектаклей.
Висящие в космической пустоте гигантские кальмары, размером с луну, а может водоплавающие грибы, сеющие споры… Не просто чудовища, а бессмертные души злых богов – почему-то Мишек знал это наверняка.
Исходящий от них свет новой жизни, терпеливое взращивание плода, развитие и созидание. Но рядом с надеждой – голод, нетерпеливое возбуждение и жадное поглощение. Ложная радость и самопожирание в голом итоге."
"Бактерии, микробы, черви, насекомые… Тошнотворная суета миллионов мелких тварей, которые при ближайшем рассмотрении оказываются людьми. Бездумные рабы, служащие злому древнему богу. Они заняты чем-то важным, суетятся как муравьи, облепляя мусором величественный артефакт Предтечей.
Видеть подобные сооружения никогда не приходилось, даже лорд Кевин не упоминал о таких, но Мишек был убежден, что это именно артефакт. Сияющий, как маленькое солнце, спустившееся на землю, он постепенно гаснет и прячется, засыпанный землей и придавленный сверху пирамидой из огромных каменных блоков.
Бесконечный океан человеческих тел… Накатывает волна, наполненная красивыми, добрыми, прямо-таки идеальными людьми. Отхлынула, а на смену ей пришла новая – состоящая только из детей.
Маленьких, новорожденных мальчиков. И у каждого из них лицо Боришева сына. Миллион одинаковых лиц – сморщенных, крохотных, невинных, спящих. И эта волна откатывается обратно, уходит за горизонт. А что за ним? Пасть, огромная всепоглощающая пасть чудовищного бога…
- Ну ты даешь, Мишек… - лорд Кевин поддерживал его за плечи, словно упавшую в обморок впечатлительную даму. – Хорошо, я успел подхватить, а то ведь мог и голову расшибить. А как кричал – я даже испугался.
