Точно так же обстоят дела и с научным знанием, касающимся антропогенеза. Когда-то антропология изучала становление человека и общества в пределах одной планеты. Даже, когда люди вышли в космос и посетили десяток экзопланет, не встретив там следов иного разума, антропология всё еще оставалась в прежних рамках. Но как только открыли Афину Альфа и археологи познакомились с её наследием, система знаний стала меняться – ведь появился концептуальный прорыв, меняющий всю парадигму. Исчезнувшее общество Афины оказалось древнее нашего, что сделало доминирующей концепцию первородности афинян – среди учёных утвердилось мнение, что они обнаружили следы наших предков.
Дескать, укрываясь от катастрофы, погубившей их мир, афиняне были вынуждены бежать на Землю, где, к несчастью, деградировали. Это, кстати, обычное дело – в девяти случаях из десяти оторванные от метрополий колониальные общества, даже будучи самодостаточными, не развиваются, а деградируют.
- Почему? – удивился Заха, - история знает много примеров колоний, ставших более великими, чем государства, их породившие…
- В истории нашей Земли тоже была колония, превратившаяся в самое мощное государство планеты.
– кивнул Кевин. – Однако я говорю о колониях космических. Человечество за последнее тысячелетие освоило почти четыре десятка миров, но, к сожалению, лишь три колонии поднялись выше стартового уровня, а все прочие регрессировали и постепенно отстали в развитии. Я продолжу об антропологии, если позволишь…
Заха кивнул, потянулся за кувшином и плеснул в чашки ещё немного вина.
Пригубил сам, жестом пригласил Кевина. Тот сделал глоток и продолжал:"
"- Потом случился первый контакт – мы встретили в космосе других людей, не так уж и сильно от нас отличающихся. Их тоже посчитали потомками афинян. Спустя следующую сотню лет произошла провальная встреча с архелаями, приведшая к долгой войне, а затем гуманитарная миссия для помощи отсталому обществу чемулотов.
И все они оказались не просто приматами, гоминидами, а именно людьми, генетически абсолютно совместимыми при половом скрещивании! Разница в росте, пигментации, волосяном покрове и незначительных рудиментах – вот и все отличия. Не более, чем между кроманьонцами и неандертальцами.
Хоть Кевин и вел свой рассказ на обычном имперском, Заха иногда хмурился, не понимая некоторых терминов и странных слов, явно заимствованных из чужого языка.
