Некоторые охранники попадали на землю, корчились и ползали в грязи, держась руками за головы. Другие бессмысленно суетились, бегали и кричали."
"Но самое главное, что оставшиеся в живых пленники воспользовались ситуацией. Внизу, у подножия платформы, кипел настоящий бой. Пока еще не скормленные чудовищу имперцы сумели завладеть оружием и яростно сражались со своими недавними мучителями – по крайней мере с теми из них, кто не свалился с головной болью.
К сожалению, силы были не равны. Немногочисленные пленники не имели шансов и вряд ли смогут продержаться долго.
Однако они предпочли умереть с оружием в руках, а не отправиться на прокорм чудовищу. Достойный выбор.
Помочь им Кевин не мог. Более того, лорд Изумрудный теперь выглядел так, что любой из его подданных с радостью разрубил бы белую рожу. Потому уходить нужно в противоположную от схватки сторону.
Кевин обернулся, чтобы в очередной раз поторопить замешкавшегося крестьянина.
Причиной задержки стал ребёнок. Мужик не бросил новорожденного, а пытался поудобней устроить у себя за пазухой.
Возможно, это не ворованный малыш, использованный для прикрытия, а сын или дочь этого террориста? Ну точно фанатик, раз на такое решился, ведь шансов уцелеть у них практически не было.
Кевин печально хмыкнул, понимая, что ребенок может стать обузой, но не стал мешать – чувства мужика понятны.
- Готов? Хорошо, выдвигаемся!
Глава 27
Несмотря на то, что бесчисленная орда южан уползла на север, немало вражеских шаек всё ещё шныряло по округе. Одни грабили имущество, другие охотились за рабами, третьи просто отстали от основных сил и не слишком спешили их догонять.
Пробираясь лесом к Штырякам, по пути отряд заглянул в Заречье.
К ужасу местных мужиков, вернувшихся проведать родные хаты, деревня оказалась совершенно опустевшей.
Ничего не сожжено и не разрушено, ни одного трупа, никаких следов пролитой крови. Просто четыре десятка оставленных жильцами пустых дворов. Да, некоторые уходили ранее с беженцами, как и сами мужики, но где все остальные?
Пархим, бывший здесь мельником, вместе с другими зареченскими, заходили в каждый двор, осматривали по порядку дом за домом.
Лишь в одном из них нашлась полуживая старуха, настолько дряхлая, что без посторонней помощи не смогла подняться с топчана. Да и пахло от неё так, что находиться рядом смог бы не каждый.
- Даже скотину забрали… - пробормотал Пархим. – И собак убитых не видно. Получается, их тоже с собой увели…
- Может все-таки сами ушли? – предположил Шнырь.
