А вдруг Елена честно дождалась бы его, а он взял и не вернулся бы?
В общем, удалось добиться, что умиротворение Елены сменилось раздражением. То ли невыносимо оказалось показное великодушие Зиганшина, то ли взыграло уязвленное женское самолюбие, но она больше не хотела отпустить свою первую любовь так, что она навсегда остается виноватой, а он – благородным рыцарем.
Тут Клавдию посетило озарение: всего-навсего надо сказать, что брак с Иваницким был не добровольным выбором юной корыстной девушки, а вынужденной мерой.
Беременность в результате изнасилования – что может быть лучше? Елене идея пришлась по вкусу, быть виноватой и прощенной хорошо только первые несколько минут, а со временем это становится не слишком-то приятно. Может быть, Зиганшин ее и не захочет снова и пугать мужа не станет, но нимб у него над головой изрядно потускнеет, а это уже кое-что.
Ну а если обман раскроется, что с того? Митя любил ее и все простил, значит, простит и это.
Клавдия думала поставить всех в дурацкое положение, создать дикую психологическую напряженность, замешанную на обоюдном чувстве вины, но просчиталась.
Зиганшин во вторую свою встречу с Еленой не стал рассусоливать, а с ходу предложил решение проблемы, и от его простоты Елена образумилась и успокоилась. Актрисой она оказалась слабенькой, трагическую сцену у бассейна едва не превратила в комедию, но все же довела до конца.
А тут еще нарисовался чертов папаша Елены с миротворческой миссией. Потом именно за нее Клавдия решила отомстить, не пуская родителей к дочери и внукам.
И самое страшное: отбывая к детям в Англию, Елена не взяла помощницу с собой. Якобы Клавдия и так постоянно с ней, наверняка невыносимо устала поддерживать и утешать свою хозяйку. Ей необходимо отдохнуть, побыть самой с собой – роскошь, целый год бывшая Клаве недоступной. Разумеется, за этими лицемерными словами скрывалось совсем другое: это Елена устала от своей помощницы и спасительницы, это она душевно окрепла и потянулась к мужу и детям, а Клава превратилась в досадную помеху.
"
"Обрушивалось то, что девушка считала уже почти достигнутым, почти своим. Но если супруги помирятся, это откинет ее не на исходную позицию, а гораздо, гораздо дальше. Елена-то ладно, а Иваницкий – человек умный и проницательный, ему не составит труда вычислить истинную роль личной помощницы жены в распаде семьи. Очень может быть, он по-настоящему убьет несчастную Клавдию, попадись она под горячую руку.
Настала необходимость действовать.
