Маттео кивнул, глядя на город, лед звенел в его стакане. Он выглядел глубоко задумавшимся, но молчание не было неловким. Я плотнее завернулась в одеяло и наблюдала, как он проводил большим пальцем по губам. Что-то вспыхнуло у меня внизу живота.
Я не отвела взгляд.
— Почему ты не спишь? — наконец спросил он, делая глоток.
Я прикусила губу, раздумывая, что ему ответить.
— Кошмар, — наконец призналась я.
— У нас есть что-то общее.
Я моргнула, потрясенная тем, что он рассказал о себе что-то личное. Судя по тому, как его пальцы сжались вокруг стакана, он был так же удивлен, как и я.
— Мне жаль, что тебе снятся кошмары, — прошептала я.
Он сделал еще один глоток.
— О чем твои?"
"В голове промелькнули воспоминания из последнего сна. Они всегда были одинаковыми — я, беспомощная и неспособная пошевелиться, наблюдаю, как страдают те, кого я люблю. Я видела, как застрелили Диму, Милу разрезали на куски столько раз, что мое сердце не выдерживало. Что бы я ни делала, чтобы их спасти, у меня не получалось даже пошевелиться.
Всегда запертая в ловушке собственного тела, которое даже не могло даже доползти к ним.
Сегодняшний кошмар был таким же, но на этот раз передо мной был Маттео. Фигура в маске провела ножом по его обнаженной груди, и я закричала. Я проснулась с его именем на губах.
— О том, как страдают те, кто мне дорог, — наконец ответила я. — А твои?
Я была уверена, что он не ответит, но через несколько долгих мгновений его слова прозвучали так тихо, что я едва могла поверить, что мне не послышалось.
— То же самое.
Мы удерживали взгляд друг друга, и что-то изменилось в воздухе между нами.
Тьма окутала нас, словно одеяло, скрывая в секретном коконе. Момент между нами казался нереальным, будто лучи восходящего солнца смоют все напрочь. Но я не забуду этого — его пристальный взгляд, электричество между нами. Буду дорожить этим воспоминанием, потому что впервые в своей новой жизни я не чувствовала себя одинокой.
Мы никогда не будем любовниками. Он ясно дал это понять. Но, возможно, мы могли бы стать друзьями.
Я вздрогнула, и это разрушило чары между нами.
Маттео прочистил горло.
— Холодно. Тебе следует зайти внутрь.
Каково было бы, если бы он сел ближе ко мне, обнял и согрел своим телом? Чувствовать прикосновение его губ к моим, но на этот раз без зрителей?
Укол печали сжал мое сердце при мысли о том, чего мне никогда не суждено испытать.
— Нам двоим, наверное, стоит попытаться немного поспать.
Он встал, бросив взгляд на пожарную лестницу.
