— София, любимая, в чем дело?
Мое сердце бешено колотилось, когда она продолжала бороться и кричать, каждый звук, который она издавала, вгонял мне в грудь еще один кинжал.
— Пожалуйста, не надо. Только не вода. Пожалуйста, я буду в порядке, обещаю.
Ее слова были невнятными, а глаза снова закрылись.
Ромео вбежал в комнату.
— Ария уже в пути. Она сказала, что сначала нам нужно согреть ее грудную клетку. Сними с нее мокрую одежду и накрой ее одеялами.
Анжело вбежал в комнату с охапкой одеял.
Уложить Софию на кровать было одной из самых трудных вещей, которые мне приходилось делать.
Остальные вышли из комнаты, пока я снимал с нее одежду. Я провел теплой тряпкой по ее коже, вытирая ее, прежде чем накрыть одеялами.
Я вздрогнул, когда дверь спальни открылась. Это была Ария. Она быстро подошла к Софии, вытащив из медицинской сумки теплый компресс. Мне хотелось крикнуть ей, чтобы она поторопилась, пока она молча забирала жизненно важные органы Софии, но я придержал язык.
— Ее показатели в норме, — сказала она наконец.
— И температура ее тела поднимается.
Я не мог перестать смотреть на жену.
— Как это произошло, Маттео? — спросила она.
Слов было недостаточно, чтобы описать все то, что я натворил. Как я опозорился.
Ее глаза потемнели, когда Ромео все рассказал.
София пошевелилась на кровати, и я придвинулся ближе, но Ария остановила меня.
— Тебе нужно уйти.
Мои глаза затуманила красная пелена.
— Я блять не оставлю ее. Я должен о ней позаботиться.
— Все произошло по твоей вине, — вскипела она.
— Как ты думаешь, Софии будет комфортно, пока ты в комнате? Она моя пациентка, и я говорю, что тебе нужно уйти. Ты сможешь навестить ее, только если она попросит об этом."
"Передо мной появился Анджело, его широкое тело нависло надо мной.
— Пойдем, — сказал он, глядя на меня сверху вниз, как на грязь.
Впервые с детства я почувствовал себя маленьким.
Я позволил ему вытолкнуть меня из комнаты, прочь от моей любви.
59
СОФИЯ
Я была словно в тумане, когда доктор Амато взяла мою кровь.
Она смогла попасть в вену с третьей попытки, но я почти этого не почувствовала.
Я лежала под одеялами, но единственное, что согревало меня и удерживало в реальности, — это мягкое тело Нудла, прижимающееся к моему. Он отказался двигаться с моей стороны. Его голова прижалась к моей груди, давление сдерживало мою панику.
— София? Ты слышишь меня? София?
Я вздрогнула, осознав, что доктор Амато говорила со мной. Время шло слишком медленно и быстро одновременно.
