Мои враги, если узнают о нашей связи, обязательно воспользуются этим.
Как я мог быть таким самоуверенным? Я думал, что смогу справиться со всеми проблемами и держать Адели подальше от них. Но теперь всё иначе. Лучше, если она будет ближе ко мне — так наша связь станет сильнее, а вместе с ней и наша магия. Я чувствую, как она переплетается с её огнём. Мы дополняем друг друга. Я должен стать сильнее, чтобы защитить свою истинную. Моя истинная… Эти мысли заставляют мою магию снова зашевелиться, словно подтверждая мои чувства.
Но тут мои размышления прервал стук в дверь. Кто бы это мог быть в такое время?
— Где ты пропадал? — спросил Адем, не дожидаясь моего ответа, он буквально вломился в кабинет. За ним вошли сонные Рафаэль и Лео.
— Ты мог бы хотя бы подождать ответа, прежде чем врываться, — недовольно ответил я.
— Куда ты исчез после того, как навещал мою сестру? — продолжил Адем, проигнорировав мои слова."
"Я коротко рассказал им, что был у профессора Дорна, и напомнил Лео, чтобы он поставил защиту своему отцу.
Затем я решил рассказать им о моей истинной. Смысла скрывать это не было — защиту Адели я мог доверить только им.
— Неожиданно, — сказал Адем, медленно переваривая информацию.
— Я сам был в шоке, когда узнал, — признался я.
— Что ты будешь делать с принцессой? — спросил Рафаэль с нахмуренным лицом. — Ты в ловушке. Нам нужна её армия, но Адели я не дам в обиду.
— С принцессой мы не можем пожениться. Есть один контракт между нами, о котором наши родители не знали, но теперь знает моя мать, — ответил я с тяжёлым вздохом.
— Какой ещё к чёрту контракт? — зло спросил Рафаэль. — И вообще, какого ты подошёл к моей сестре? Насколько правдиво то, что сказал профессор Дорн? — Рафаэль почти кричал.
— Я пока не уверен. Мне нужно это проверить. Но защита Адели — сейчас главное. Эта информация не должна выйти за пределы этой комнаты, иначе наши жизни окажутся под угрозой, — сказал я твёрдо.
— Надо найти способ разорвать эту связь, — вдруг заявил Рафаэль.
— Нет! — резко возразил я, чувствуя, как магия огня внутри меня буквально взбунтовалась. Не может быть и речи о разрыве!
— Ты понимаешь, какую опасность ты ей подвергаешь? — закричал Рафаэль, впервые так выходя из себя. Я никогда не видел его таким рассерженным, ведь он всегда был спокойным.
— Ты не понимаешь, что значит обрести истинную в наше время! Это почти невозможно! — воскликнул я, отчаянно стараясь убедить его.
